Алхимия иллюзий

 – И что отец у него инвалид, который пьет и бьет его?

Молча кивнув, Вика отхлебнула чая и взяла овсяное печенье.

– Что же, врачи нас предупреждали… – вздохнула женщина. – Как видите, я жива и здорова. Хотя Витя часто рассказывает посторонним людям, что я скончалась, когда он был крошкой. И что отец у него злой домашний тиран без правой, ну, или иногда без левой ноги, которую он потерял во время несчастного случая на производстве. Он к тому же бьет его смертельным боем и попал под влияние зеленого змия. Это, уверяю вас, не так!

Сама не заметив то, как сжевала овсяное печенье, Вика автоматически схватила еще одно.

Женщина взяла с комода фотографию, на которой были изображены три человека: она сама, статный усатый темноволосый мужчина и Виктор, возможно, чуть младше, чем в данный момент.

– Это мы снялись незадолго до переезда сюда. Как видите, я все еще живу, а не скончалась много лет назад. А у отца Вити обе ноги. И, уверяю вас, он не алкоголик – более того, он вообще не пьет, даже по праздникам.

И сына своего даже пальцем не трогает!

Взяв еще одно печенье, Вика подавленно спросила:

– Но отчего он тогда… говорит такое?

Женщина вздохнула, снова отбросила со лба волосы и сказала:

– Потому что Витя болен, увы, серьезно. Это и стало причиной нашего переезда сюда. Потому что на старом месте произошло слишком много… Слишком много зловещих и неприятных историй, эпицентром которых был, увы, наш сын. Мне, как матери, тяжело говорить об этом, однако это так. И лучшее, что мы могли сделать, это… Просто переехать в другое место! Пусть некоторые считают, что мы бежали оттуда, но все это на благо нашего сына!

Вика не знала, что и сказать.

Выходит, что Виктор все это время ей врал! Она допила чай, отказалась от добавки и чувствовала себя очень неловко.

– И меня удивляет, что Витя не сдал экзамены и ничего нам не сказал. Более того, он сообщил нам, что без проблем сдал их. У него ведь имеется своя комната, здесь, в конце коридора. Нам с отцом запрещено туда входить, но раз такое дело…

Женщина поднялась и поманила за собой Вику.

Они вышли в коридор, прошли несколько метров и оказались около массивной темной двери. Вынув из кармана ключ, мать Вити отперла дверь.

Вика шагнула в комнату, заваленную книгами и тетрадями – точнее, книги и тетради были выстроены ровными колоннами, что создавало крайне неприятное, зловещее впечатление.

– Понимаете, Витя болен. Наверное, с самого рождения, но с началом переходного возраста это усилилось.