Бизнес-ланч у Минотавра

Потому что когда узнает, то все изменится полностью!

Лера, не вслушиваясь в слова отца, крикнула:

– Папа, уже все изменилось! Да, все должно меняться, но не так и не тогда, когда захотите вы, а когда пожелаю я. Ведь я – взрослый человек!

Отец, словно не слыша ее (может, и правда не слышал?), взял дочку за руку и сказал:

– Лера, ты должна знать, что…

Он запнулся, и Лера вдруг поняла, что отец пытается сообщить ей что-то совершенно иное, никак не связанное с ее предстоящим отъездом.

– Что, папа?

Отец, все теребя очки в руках, продолжил:

– Ну, дело в том, что…

Раздался тонкий треск – оказалось, что отец сломал дужку очков.

Заметив это, он принялся причитать и стенать, что было так на него непохоже, а Лера, силой забрав у отца сломанные очки, сказала:

– Ничего, купишь себе новые. Итак, что ты хотел мне сказать, папа?

Отец, не смотря на нее, выдавил из себя:

– Я хотел сказать тебе… Тебе я хотел сказать…

Он запнулся, замолчав. Молчала и Лера.

Наконец, после невыносимо долгой паузы отец продолжил:

– Я хотел сказать тебе, что…

И, наконец приняв решение, выкрикнул:

– Что был против того, чтобы отсылать тебя в Москву так рано.

Но бабушка на меня надавила, и я, как водится, сдался. Но теперь понимаю, что был не прав и что ты поедешь в Москву тогда, когда захочешь сама!

Еще бы десять минут назад Лера бросилась отцу на шею, услышав от него подобное заявление, но теперь только сухо заметила:

– Благодарю. Рад, что ты понял, что был не прав.

Но разве это то, что ты хотел сказать мне на самом деле?

Она знала: нет, не то.

Девушка взяла отца за руку и вдруг ощутила, что он весь дрожит. Но чего он так боится?

И вдруг поняла: лучше пусть ничего не говорит. Ничего!

Потому что в голове вдруг возникла, крутясь, абсолютно идиотская мысль: отец признается ей в том, что эти убийства на его совести.

Вздрогнув от столь кошмарного предположения, Лера прошептала:

– Папа, если хочешь, то не говори…

Отец же, посмотрев на нее измученным, каким-то осоловелым взором, прошептал:

– Нет, я так больше не могу.

Ты должна знать правду. Бабушке, наверное, лучше не говорить, но все равно придется сообщить. Не представляю, что тогда будет…

Вздохнув и даже зажмурившись, он сказал:

– Все дело в том, что твой отец…

В этот момент в коридоре раздался крик, точнее, небывалый рык, сопровождаемый диким визгом. Продолжать беседу при таких обстоятельствах было нереально.