Демоны зимних ночей

Их встречал мэр с супругой.

– Как я рада вас видеть, – прощебетала Мари. Галантный флорентинец подал ей руку, помогая выбраться из экипажа. – Мой супруг сегодня с утра чувствует себя неважно, вы же знаете, у него больное сердце. Ах, Луи, просыпайся, мы приехали!

Ей не пришлось разыгрывать отчаяние, Мари чрезвычайно натурально скорбела по своему второму мужу. Смерть молодого наследника миллионов возбудила всеобщий интерес, однако нашлась дюжина свидетелей, которые подтвердили, что Луи Созаро страдал неизлечимым пороком сердца и в его кончине, собственно, не было ничего неожиданного.

Врач удовлетворился поверхностным осмотром, тем более что ничто не указывало на насильственную смерть, несчастный даже не успел позавтракать в день своей кончины.

* * *

Мари облачилась в черный шелк и нашла, что траур ей чрезвычайно к лицу. Луи похоронили во Флоренции, и в Бертран она вернулась девятнадцатилетней вдовой.

Все деньги Луи достались ей, Жана Лареми выпустили из тюрьмы, и у них началась беззаботная жизнь.

– Только подумай, он оставил почти полтора миллиона! Нам хватит этого на целую вечность! – восторгалась Мари. – Это не идет ни в какое сравнение с жалкими тремястами тысячами франков, которые завещал мне маркиз. Кстати, Жан, я уже нашла покупателя на замок де Вальтруа, за него дают не более ста двадцати тысяч, сбыть с рук развалину, в которой даже нормального отопления и туалетных комнат нет, чрезвычайно сложно!

Жан Лареми, проведя в тюрьме шесть месяцев, познакомился с проворовавшимся аптекарем, который открыл ему некоторые секреты мастерства отравителей.

– Жан, нам это больше не понадобится! – сказала Мари. – Мы чертовски богаты, и все преступления остались в прошлом!

Последующие два года они провели за границей, где усердно тратили наследство Луи Созаро. Жан оказался завзятым картежником и мог за ночь спустить до ста тысяч франков. С таким разгульным образом жизни полтора миллиона превратились в пшик очень быстро.

Настал момент, когда денег для оплаты счетов не стало и банк отказал маркизе де Вальтруа в кредите.

– Жан, мы снова нищие, – воскликнула Мари, – ну, или почти нищие! Мне придется продавать драгоценности, а я этого не хочу! За что господь так несправедлив к нам? И во всем виноват ты со своей тягой к азартным играм!

Жан поколачивал Мари, однако это не мешало ей нежно его любить.