Демоны зимних ночей

Колчестер корчился на ковре и орал:

– О, у меня кипит в желудке! Черт возьми, что же это такое! Срочно доктора!

Набежавшая прислуга не дала Мари возможности изолировать мужа и обречь его на неминуемую кончину. Кто-то уже послал за врачом. Мари встретила медика в холле и сказала:

– Мне кажется, что Томас помутился рассудком. Наверняка это острый приступ сахарного диабета!

Врач, который обнаружил американца в бессознательном состоянии, заметил:

– Это совсем не похоже на приступ сахарного диабета, миссис Колчестер.

– Отравление? – испуганно пробормотала Мари.

Этого только не хватало! Ведь аптекарь обещал, что яд подействует очень быстро и не вызовет никаких нежелательных и подозрительных симптомов. А врач говорит об отравлении.

Прибыл и «любимый кузен» Жан, который, как мог, утешал Мари. Томас скончался только ранним утром. Доктор немедленно информировал полицию и высказал свои подозрения. Мари тряслась от страха, когда узнала, что тело супруга увезли на вскрытие.

– Они найдут в его теле яд, Жан! – кричала она, запершись с любовником в кабинете мужа. – И им не составит труда понять, кто же отравил Томаса!

Жан опасливо оглянулся на дверь и прошептал:

– Мари, не кричи так громко! Аптекарь уверял меня, что яд нельзя обнаружить. Все обойдется!

Утром следующего дня, когда весть о том, что Томас Колчестер стал жертвой отравления, разнеслась по всему городу, в особняк пожаловали высокие полицейские чины.

– Миссис Колчестер, – сказал начальник полиции, – мы вынуждены сообщить вам ужасную новость. Ваш супруг, достопочтенный Томас Колчестер, стал жертвой гнусного убийства!

– Не может быть! – воскликнул «кузен» Жан, который присутствовал при конфиденциальном разговоре, не желая оставлять ни на минуту без присмотра «несчастную вдову».

– К сожалению, это так, мистер граф, – сказал главный патологоанатом Филадельфии. – Я лично проводил вскрытие...

– Ах! – Мари закатила глаза и сделала вид, что брякнулась в обморок.

Жан с негодованием воскликнул:

– Какая бестактность и черствость! Как вы можете в присутствии моей кузины, которая понесла столь тяжелую утрату, вести речь о таких ужасных вещах!

Мари привели в чувство при помощи нюхательной соли.