Хозяйка Изумрудного города

О ней с восторгом писали газеты, отмечая ее беспримерную щедрость. Евгения не замечала, сколько именно она снимает со счета. Деньги ее практически не интересовали. Зачем ей дорогие платья, которые только подчеркнут изъяны ее далеко не совершенной фигуры, зачем ей драгоценности, которые она никогда не надевала?

Надежда, как узнала Евгения, сблизилась с тем самым старцем Григорием, который теперь вершил политические дела во всей стране. Евгения была наслышана о мерзостях и разврате, который практикует святейший Распутин.

– Конечно, я понимаю, что он мошенник, но гениальный мошенник, обладающий поразительными способностями, – призналась Евгении как-то Надежда. – Я, в отличие от многих, не считаю его святым. Он проходимец, которому самое место в тюрьме. Но что поделаешь, если ему удалось взлететь так высоко? Императрица слушается его беспрекословно, а кто принимает решения во всей империи, когда император находится в ставке? Она, а значит, Григорий. Евгения, ты себе представить не можешь, какие деньги проходят мимо него.

Такие ослепительные возможности, такие перспективы… Он делает мечты реальностью.

– Все это закончится кровью, – заметила Евгения. – Держись от этого подальше, Надюша. Зачем тебе вся эта мерзость? Мечты, ставшие реальностью, часто приносят страдания и разочарования.

Надежда в ответ рассмеялась и сверкнула уникальным рубиновым ожерельем:

– Ты думаешь, откуда у меня эти вещи? Это манто из шиншиллы… Я буду с теми, у кого есть деньги. Моя мать, и тебе это известно, потратит все состояние за несколько лет.

Мне ничего не достанется. А я не хочу влачить жизнь в нищете.

Евгения охнула:

– Надюша, но зачем же так, я всегда помогу тебе…

– Не надо, – отрезала Надежда. – Занимайся тем, чем занимаешься. Помогай колченогим, сирым и убогим. Я сама позабочусь о себе.

Практически каждый разговор завершался на повышенных тонах. Любая безобидная тема приводила к ссоре. Сестры жили в одном доме и почти не общались, изредка сталкиваясь в пустой гостиной или столовой.

Надежда завтракала, когда Евгения обедала, но даже за длинным столом, сервированным, несмотря на взлетевшие цены, крайне изысканно, они молчали или обменивались колкостями.

Верная Ляша переживала и пыталась помирить «девочек», как она про себя называла Надежду и Евгению.

Сергей был в Петрограде всего два раза. Он так и не мог открыть жене тайну своего местоположения на фронте. Он стал важным человеком, ему вверялись секреты военных укреплений.