Ключ к волшебной горе

Он пытался донести до королевского адъютанта свои верноподданнические чувства и назвал все случившееся «выходкой глупой девчонки».

Полина топнула ножкой и проговорила по-русски, обращаясь к жениху:

– Значит, выходка глупой девчонки? Как бы не так! Платон, замолчите!

Затем обратилась к адъютанту и гневно заметила:

– Передайте ее величеству, что я прекрасно знакома с придворным этикетом, однако право, следовать ему или нет, я оставлю за собой!

Адъютант, видимо, не привыкший к подобным дерзостям, в изумлении посмотрел на Полину.

Платоша застонал. Полина добавила:

– Именно это и передайте ее величеству!

– Что вы наделали! – произнес молодой Крещинский, когда адъютант удалился. – Полин, как вы могли! Вы представляете, что это означает? Это же форменный скандал! Нас в два счета выставят вон! Ах, Полин, как можно быть такой неблагоразумной и упрямой!

Адъютант доложил королеве Милице о беседе с Полиной, и по мере того, как он излагал историю, щеки ее величества приобретали оттенок увядшей сирени.

Милица взвизгнула, и ее крик привлек внимание гостей, которые осторожно, чтобы никто не заподозрил нездорового интереса, посмотрели в сторону их величеств.

– Полин, – продолжал убиваться Платоша. – Ну почему вы ведете себя, как маленькая дерзкая девчонка! Вы думаете, что нагрубить королеве Герцословакии – это бонтонно?

– Платон, – прервала она стенания жениха. – Если вы опасаетесь того, что нас немедленно схватят и заточат в темницу за оскорбление королевы, то можете удалиться! Я вас не держу!

Полина осмотрелась.

Платон произнес:

– Смотрите, к нам движется стража! Вы что, разве забыли о том, что Герцословакия – абсолютная монархия? Одно слово королевы, и нас отдадут под суд!

– Мы живем в двадцатом веке, веке прогресса и человеческих свобод, – назидательно проговорила Полина и все же немного испугалась, заметив, как к ней направляется статный пожилой военный, облаченный в мундир с массой орденов и темно-синей муаровой лентой.

Старик с военной выправкой и роскошными усами представился:

– Добрый день, сударыня! Меня зовут Петр Любомирович, я – великий князь и дядя короля Павла.

Скажу вам откровенно, я в восхищении от того, как вы поставили на место эту беспардонную особу. Я имею в виду жену моего несчастного и слабовольного племянника Павла!

Платоша ожидал всего, чего угодно, но только не таких слов. Великий князь Петр поцеловал руку Полине, а затем продолжил:

– Скажу вам честно, я поражен подобной смелостью.