Корона последней принцессы

Да и саму ее бил озноб – то ли от холода, то ли от волнения.

Они подошли к крошечному лазу, протиснуться в который можно было только боком. Как пояснил местный житель, раньше здесь имелся широкий проход, но после оползня его завалило.

Пришлось уподобиться червю и изгибаться всем телом, чтобы попасть в следующий зал. Но он заслуживал приложенных усилий – сталактиты и сталагмиты украшали просторную пещеру. И у Алены сложилось впечатление, что она попала в сказку «Тысячи и одной ночи».

Миновав несколько других пещер, они подошли к большой куче щебня.

Проводник пояснил, что это и есть вход в искомую штольню. Спелеолог постучал отбойным молотком по стенам пещеры, нашел пустоту и сказал:

– Думаю, лучше всего будет пробить новый вход. Потому что разгребать завалы – гиблое дело. Внутри пещера, согласно показаниям очевидцев, расширяется, поэтому мы без труда попадем в штольню и отсюда.

Павел Леонидович прикоснулся к влажным камням и в упоении произнес:

– Вот теперь я понимаю расхожее выражение «прикоснуться к истории».

Потому что, дочка, мы в самом деле можем к ней прикоснуться, находясь здесь! Что скажете, профессор?

Он обращался к немецкому коллеге. Уве-Свен Хохмайер ответил:

– О, у меня уже чешутся руки! Однако, прежде чем мы сможем приступить к извлечению останков, нам надо попасть внутрь. Но расчисткой пути, конечно же, займутся чернорабочие.

Профессор Валерия Дорнетти откатила в сторону несколько камней, закрывавших вход в штольню. Галантный француз перехватил один из валунов со словами:

– Мадам, я понимаю, что вам, как и всем нам, не терпится попасть в штольню, однако прошу вас – не надо собственноручно разгребать завалы! Для этого имеются другие.

Наше же дело – заниматься наукой!

– Я так не считаю, месье, – возразила швейцарка. – Настоящий ученый не побоится запачкать рук.

* * *

Последующие два дня ушли на то, чтобы пробить стену пещеры и попасть в штольню. И еще три дня, чтобы разобрать более мелкие завалы, преграждавшие дальнейший путь.

Наконец настал момент, когда можно было спуститься в подземный колодец, на дне которого покоились останки членов королевской семьи.

Но колодец был тоже на треть завален осколками породы, щебнем и булыжниками. Здесь требовалась осторожность, потому что среди камней могли оказаться и кости. Поэтому все извлеченные в корзинах камни просеивали через сито. Уже в первый день нашли золотое пенсне на полусгнившем черном шнурке и несколько косточек.