Крапленая карта мира

Казалось, что семья Черноусовых – настоящая крепкая ячейка советского общества. Отец стал заместителем начальника цеха, мать – мастером и вступила в партию. Их фотографии часто можно было увидеть на Досках почета среди ударников, героев производства и активистов. Городская газета печатала заметки об образцово-показательной семье, и непременно где-нибудь рядом с родителями мелькал темноволосый мальчишка.

Диму знали многие в городке. Он всегда помогал старшим и защищал младших. Рос он физически крепким и умным, живо схватывая на лету любое знание.

В шесть лет он намного опережал в развитии сверстников. Родители не могли на него нарадоваться. Очень часто они задерживались допоздна, а когда приходили в общежитие, их ждали скромный, приготовленный Димой ужин, чистота и порядок. Младшенькие играли в кубики, читали вместе с братом букварь или уже мирно спали.

– Коля, как же нам повезло, – вздыхала Стася, ночью прижимаясь к мужу. – Ты знаешь, в бога я не верю, но иногда создается впечатление, что Дима настоящий ангел и послан нам свыше.

– Все это ерунда, – отвечал, крепко целуя жену, Николай. – Мальчишка с младых ногтей впитал дух коллективизма и идеалы нашего свободного общества. Я хочу, чтобы Димка стал известным человеком. Пусть идет по научной части, у него есть к этому склонность. Станет профессором, переедет в Москву. Представляешь – Дмитрий Черноусов – академик. Это звучит!

Стасе нравились такие перспективы. Их Дима обязательно выбьется в люди. С такими задатками, как у него, по-другому просто быть не может.

Несчастье произошло летом, незадолго до того, как Дима должен был пойти в первый класс. К Стасе в цех прибежала взмыленная секретарша и, причитая, сообщила, что горит здание, где живут Черноусовы. Когда мать с бьющимся от дурных предчувствий сердцем прибежала с фабрики к общежитию, она увидела несколько пожарных машин, которые боролись с огнем, охватившим ветхий деревянный дом.

Вокруг метались люди, голосили женщины и матерились мужчины. Был здесь и Николай, который все порывался ринуться в гудящий огонь.

Димы и младшеньких нигде не было видно. Пожарные отталкивали людей от окон и дверей.

Внезапно раздался чей-то пронзительный крик. На предпоследнем этаже, там, где располагались две клетушки семьи Черноусовых, отлетела оконная рама, и в проеме, среди клубов дыма и языков пламени, появился Дима. На руках у него была сестренка.

– Прыгай, немедленно прыгай! – закричали пожарные, растягивая под окном брезент.