Миф страны эдельвейсов

Потому что, если здесь окажутся русские...

«Русские идут» – эта короткая, но емкая фраза наводила на всех ужас и во время празднования Рождества в 1944 году. Анна же была чрезвычайна рада тому, что вот-вот настанет момент освобождения.

Из Восточной Пруссии потянулись первые колонны беженцев – ходили разнообразные слухи о зверствах красноармейцев, но более всего немцы боялись мести со стороны тех, кого вермахт планомерно уничтожал и чью страну пытался сделать колонией.

Зима выдалась лютая – казалось, сама природа отвернулась от обездоленных и проклятых, вынужденных покидать свою родину.

В самом начале марта, когда графиня приняла решение покинуть Уленштайн и перебраться в глубь Германии, у нее случился инсульт – он последовал через несколько часов после получения телеграммы, гласившей, что ее старший сын, группенфюрер Август фон Веллерсхоф, вместе со своей семьей – супругой Изольдой и шестью детьми – погиб во время бомбежки Берлина.

Графиню парализовало. Многие из верных слуг предпочли заботиться о собственной безопасности и бежали прочь, бросив больную хозяйку на произвол судьбы.

Анна, исполненная благодарности к графине Корнелии, спасшей ее некогда от верной смерти, заботилась о парализованной, однако силы старой аристократки угасали с каждым вздохом.

Она скончалась седьмого марта ранним утром. С неба валил рыхлый снег, завывал ветер, в замке было чрезвычайно холодно – центральное отопление из-за нехватки угля и торфа не работало, дрова были на вес золота.

В Уленштайне от прежних двадцати работников осталось всего три, в том числе Анна.

Увидев, что графиня умерла, Анна отправилась в кабинет Карла-Отто. Тот сидел у камина и бросал в ненасытный огонь одну бумагу за другой. Слов не потребовалось – молодой граф все понял. Неловко поднявшись, он отправился в спальню к матери. Он пробыл там около двух часов, и только когда одна из служанок напомнила ему, что требуется заняться похоронами, наконец вышел в коридор.

Лицо Карла-Отто было бледным, губы тряслись.

Он заперся у себя в кабинете и никого не желал видеть. Не захотел он присутствовать и на погребении графини, которая нашла упокоение вместе с многочисленными предками в домовой капелле замка.

Карл-Отто не реагировал на стук, а когда старый дворецкий попытался взломать дверь, заявил, что каждый, кто переступит порог, получит пулю в лоб. Только когда Анна, принесшая ему поднос с едой, обратилась к нему, в замке лязгнул ключ.