Мертвые канарейки не поют

Запихнув его за бак с грязным бельем, Рита вздохнула и осторожно открыла дверь ванной, из которой в коридор тотчас вырвались клубы пара.

Она знала: если ей сейчас встретится мама и спросит, все ли в порядке, она не сможет ей врать и расскажет все, как есть.

Однако свет на кухне не горел, родители давно спали, из коридора доносилось мерное щелканье настенных часов.

Не включая свет, Рита проследовала в свою комнату, плотно закрыла дверь, нырнула в холодную постель и, накрывшись с головой одеялом и прижав к себе старого облезлого плюшевого зайца, любимую некогда игрушку, а теперь своего рода талисман, подумала о том, что на занятия в университет она завтра, вернее, уже сегодня, не пойдет.

Потому что она была не в состоянии идти на лекции. И сталкиваться с Гошей Барковским, принцем на белом коне, вернее, на черном джипе.

Сыном человека, который ее изнасиловал.

Она была уверена, что не сможет заснуть, потому что стоило ей закрыть глаза, как она видела перед собой нависшее над ней поджарое тело Льва Георгиевича, то напирающее на нее, то на мгновение отстраняющееся, его закрытые в экстазе глаза и закушенную губу.

И прилипшие к потному лбу седые волосы.

Однако, хотя эти картинки и вспыхивали в ее мозгу, телу требовался отдых, и всего через несколько минут после того, как она закрыла глаза, Рита заснула.

Спала она плохо, то и дело распахивала глаза, отчего-то уверенная, что все еще находится в тайной комнате, прикованная наручниками к кровати и насилуемая Львом Георгиевичем.

Боль внизу не проходила, впрочем, и не усиливалась. В какой-то момент до Риты сквозь сон долетели голоса родителей, их шаги, скрип открываемой двери. На лоб ей легла прохладная рука, раздался голос мамы:

– Ребенок, у тебя что, температура? И ты еще спишь… Тебе разве в университет не пора?

– Мне сегодня ко второй паре, – соврала Рита, радуясь тому, что лежит к маме спиной.

Поправив одеяло, мама сказала:

– Ну конечно, поваляйся. Ты себя чувствуешь хорошо? Вчера как все прошло, точно без эксцессов?

«Мамочка, жаркое, приготовленное Львом Георгиевичем, было восхитительным. Ну, потом он меня три раза изнасиловал, но это мелочи. Главное, что мы можем теперь купить новый кухонный гарнитур!»

– Мамочка, я спать хочу. Все в полном порядке.