Потрошитель душ

Ведь одно дело – туманные предсказания или завывания духов, а другое – пророчество, сбывшееся столь скоро и столь кошмарным образом!

– Вот и первый труп! – проговорил поручик с нервным смешком. – А вторым должна стать наша милая проныра-баронесса, ведь так? Надо ей немедленно сообщить, что пророчество сбылось. Пусть дрожит у себя под пуховым одеялом!

Графиня вскрикнула:

– О как вы несносны, Григорий Аполлинарьевич! Разве можно желать кому-то смерти? Да и дух… Джек-потрошитель… Он вел речь об убийстве в моем доме, а бедолага Державин-Клеопатров умер своей смертью! Значит, баронессе ничего не грозит!

– Гм… Он ведь нам всем угрожал, заявил, что всех нас убьет! Да, не Джек-потрошитель, а Джек-враль… Но все равно занятно, что он помер.

Пока они таким образом переговаривались, юный Кудияров подтвердил, что господин беллетрист мертв и сердце его не бьется. А после этого откинул плед, который, подобно савану, скрывал тело Державина-Клеопатрова.

То, что представилось их взорам, было ужасно. Все кресло оказалось залитым кровью. Графиня, увидев рану, зияющую в груди беллетриста, пронзительно завизжала. А когда турецкий ятаган – тот самый, что висел до недавнего времени на стене залы, а теперь торчал из груди беллетриста – с глухим стуком упал на ковер, хозяйка дома ахнула и лишилась чувства. Причем, несмотря на весь ее талант актрисы водевиля, обморок был не поддельный, а самый что ни на есть настоящий.

Поручик, успевший подхватить графиню, заорал что было мочи:

– Захар, немедленно сюда! Черт тебя дери, Захар, где ты!

В залу влетел встревоженный дворецкий. Поручик отнес все еще находившуюся в обмороке графиню на кушетку.

А юный Кудияров, некоторое время смотревший на жуткую рану в груди беллетриста, осторожно дотронулся до нее пальцем, затем перевел взгляд на измазанный в крови ятаган и вышел прочь из залы.

Несколько мучительных минут его мутило, но когда Захар подал ему нюхательную соль, полегчало.

– Барышня, соедините меня с полицией…

В этот момент на рычаг опустилась тяжелая рука поручика Юркевича.

– Что ты делаешь, Лавруша? – спросил он.

– Это же убийство! – воскликнул молодой человек в ужасе. – Самое настоящее убийство!

Поручик, не мигая, смотрел на него.