Профессия – первая леди

Я бы не только не убила тех женщин, которые увели их у меня, а вручила бы им переходящее красное знамя мыловаренного завода!

Снабдив полицию телефонами своих бывших мужей, я наконец-то осталась в одиночестве и немедленно отправилась в душ, а затем промаршировала в постель, где меня ждал единственный горячо любимый мужчина моей жизни – Васисуалий Лоханкин.

Я заснула, едва коснувшись подушки. На этот раз меня не терзали кошмары, шведский король не вручал мне Нобелевскую премию. Я проснулась среди ночи, сама точно не зная, отчего именно.

Василиск храпел на простыне.

Сердце в груди билось как бешеное. Во рту пересохло, а в ушах звенело. Я поняла, что заставило меня проснуться – я слышала, как внизу, на первом этаже, кто-то ходит. Сначала я решила, что это продолжение сна, и уверила себя, что, стоит мне открыть глаза, и я окажусь в залитой дневным светом спальне.

Просидев несколько долгих минут на кровати, я осознала, что не сплю. А внизу кто-то в самом деле ходит. Дом у меня старый, деревянный, он частенько скрипит и стонет, но я могла поклясться – на первом этаже разгуливал неизвестный гость!

Ключа от особняка ни у кого не было.

Артем живет в далекой Калифорнии и навещает старушку-маму от силы раз в год, и то всего на несколько часов перед тем, как отправиться в аэропорт. Моя сестра Вероника сейчас на очередном конгрессе в каком-то княжестве на Лазурном побережье (то ли в Монако, то ли в Бертране) представляет результаты своего исследования душевного состояния ВИЧ-инфицированных проституток или что-то в этом роде. Мой братец Илья в Экаресте, на дачу его силком не затащишь, он – дитя городской цивилизации.

Ни у Вероники, ни у Ильи ключей от дома нет. Как нет их у соседей. Так кто же ходит внизу, ввергая меня в панический ужас?

Я отчетливо слышала, как кто-то щелкает выключателями на кухне. Этот некто чувствует себя здесь как дома. И он ничего не боится! Я никогда не испытывала такого страха, как в те минуты. Я сидела, сжимая в потных ладонях простыню, и прислушивалась к каждому шороху.

Я не могла двинуться с места, опасаясь, что взломщик (я была уверена, что это вор) услышит меня и бросится в спальню, чтобы устранить ненужную свидетельницу.

Переборов страхи, я опустила затекшую ногу на пол. Осторожно привстала, поморщилась, заслышав скрип половицы. Вор не должен знать, что я проснулась! Я приподняла трубку телефона – но гудков не было. Я едва не выронила трубку.