День, когда пропала Вероника

Рачительные бюргеры оставляли автомобили на огромной парковке, построенной возле железнодорожного вокзала, и ехали в город на общественном транспорте, спасая планету и экономя на городском паркинге.

Маша любила местные поезда. Чистые, аккуратные, в них можно было уютно устроиться на мягком сиденье, читать книгу, слушать музыку или просто думать о Валере. Иногда поезда ей нравились даже больше, чем собственный дом. Наверное, даже логично, если здесь все и закончится.

– Ты думаешь, у меня все получится? – дрогнувшим голосом спросила Таня, завидев приближающуюся электричку.

– Что получится? – рассеянно переспросила Маша, полностью погруженная в свои мысли.

– Ну, новая жизнь, муж, детишки, – неуверенно пояснила Таня, ощущая непонятное волнение, нарастающее по мере приближения поезда.

– Знаешь, не в них счастье. – Подруга вдруг посмотрела на нее чужими, враз потемневшими глазами.

– А в чем? – бестолково переспросила Таня.

– В любви. Без нее нет никакого смысла жить. – Последняя фраза утонула в резком гудке хищного стального поезда, отпугивающего легкомысленных пассажиров от края платформы.

Маша крепко обняла Таню, на секунду зажмурилась, отступила и сделала последний шаг под оглушающий крик не вовремя обернувшихся на них пассажиров.

* * *

Плач Верочки он услышал еще на улице и припустил бегом. Что происходит? Неужели опять ссора? Или, может быть, Маша ушла, оставив ребенка одного? В последнее время все труднее было предсказать ее мысли и поступки. Наверное, не надо было ему уходить из дома так рано.

Дурацкая идея с букетом, который он решил подарить ей с утра пораньше и попросить прощения за вчерашние резкие слова. Неужели мертвые цветы способны вернуть любовь жены? Хотя… Однажды они уже помогли.

Давным-давно, после того как Маша сказала ему «нет», он просто каждый день приходил к ней домой, звонил в дверь, молча вручал букет и уходил. Так продолжалось много месяцев, вплоть до того дня, когда она, вся в слезах и с перемотанными запястьями, открыла ему дверь и сказала «да».

Всю предыдущую ночь Миша не спал и решил вернуться к тактике, которая однажды ему уже помогла, – осады и выжидания. Он не хотел быть жестоким, с ней так нельзя. Она слишком нежна и хрупка, как экзотический цветок. Этим она его и привлекла в свое время. Так непохожа на серых бесцветных девушек, учившихся вместе с ним в политехническом университете. Маша была словно птичка колибри – маленькая, яркая, венец Божьего творения.