День, когда пропала Вероника

Если бы, если бы…

Если бы он мог повернуть время вспять и оказаться на том самом роковом перекрестке, он бы вообще никуда не ушел и остался бы дома, дождавшись, пока успокоится Вероника. Удостоверившись, что она в полном порядке, взял бы на себя детей и, возможно, вечером выбрался бы с ними куда-то в семейный поход. В кино? Да почему бы и нет? Роберта они могли бы отвезти его родителям, они все время жалуются, что редко видят внуков. Кстати, почему? Вероника же постоянно твердит об усталости, так что ей мешает чаще отдавать детей бабушке? Надо будет с ней это обсудить.

Впрочем, если ему еще предстоит когда-нибудь хоть что-нибудь с ней обсудить.

Дом встретил его распахнутой дверью и светом во всех комнатах. Детским плачем и фантасмагорией в лучших традициях кровавых боевиков. И того фильма про исчезнувшую женщину, которая своим исчезновением решила наказать непутевого мужа. Это было первое, что пришло ему в голову, едва он переступил порог дома и, пошатнувшись, ухватился за дверную ручку.

Мир резко закрутился перед глазами, и к горлу подступила тошнота.

– Что… Что это? – только и смог выдавить Родион перед тем, как, развернувшись, кинулся прочь и выплеснул на идеальную лужайку содержимое желудка, в котором с утра практически ничего не было.

– Родион Сергеевич? – Находившийся в доме полицейский предусмотрительно оказался рядом и встал так, чтобы заблокировать ему пути отхода. – А мы вас везде ищем.

Несколько раз глубоко вдохнув, Родион поднялся с колен, машинально отметив, что тонкая ткань брюк промокла от вечерней росы.

Вытерев рот, он наконец-то нашел в себе мужество посмотреть на полицейского. Лет сорок, немного лишнего веса, лицо добряка и рубахи-парня, но все впечатление портили мертвые глаза. Полицейский безмолвно в чем-то его обвинял. Только вот в чем? Догадку Родион побоялся сформулировать.

– Что случилось? – выдавил он, обдав полицейского несвежим дыханием, и сам поморщился – ему нужно в ванную, почистить зубы. Интересно, они ему разрешат? А почему, собственно, нет, он же ни в чем не виноват.

Хотя в чем он может быть виноват?

Мысли, как раненые птицы, носились в голове, сталкиваясь друг с другом, клокоча и переругиваясь, нанося друг другу кровавые раны стальными клювами.

– Что случилось? – бестолково повторил он.

– А мы думали, это вы нам расскажете, Родион Сергеевич. – Полицейский принялся теснить его по направлению к дому. Внезапно Родиону стало страшно и холодно.