Венец творения

Собравшиеся вокруг алтаря, на котором она покоилась, вскинули вверх руки – у каждого в кулаке был зажат кривой кинжал с покрытой старинными письменами рукояткой.

И затем они одновременно опустили их на несчастную Евгению – она же, не отрываясь, смотрела на лицо своего сына, которого держал в руках человек в черном.

Нет, это не был ее сын! Это вообще был не человеческий ребенок, ведь там, на лбу, под темными волосиками, у него пробивались… Нет, это были не бородавки и не родинки, а… А рога!

Как и у его истинного отца!

И все равно… Даже если так, она все равно любила это порождение тьмы ночной! Она была готова прижать его к себе, приголубить, дать ему грудь…

Но вместо этого ее грудь пронзили стальные клинки.

Смерть была быстрой и практически безболезненной.

После того как Евгения умерла, субъект в черном вознес малыша к потолку склепа и прогудел:

– О Хозяин! Мы просим тебя принять этот дар! И явиться нам, явиться, явиться…

Сто лет спустя

Автомобиль подпрыгнул – и вдруг замер.

Евгению сильно тряхнуло, и не будь она пристегнута ремнем безопасности, она бы наверняка ударилась головой о потолок.

Артем, что-то проворчав, выскочил из автомобиля. Над ним он трясся так, как будто заключил брачный союз именно с машиной, а не с Евгенией. Впрочем, пожаловаться на супруга Женя не могла – она прекрасно знала, что Артем без ума от нее. Как, впрочем, и она от него.

Она последовала за Артемом, однако ее внимание привлек старый дуб на обочине проселочной дороги. Дерево было странной формы, изогнутое, с двумя кронами.

Причем на одной кроне были зеленые листья, а на другой – только мертвые ветки. Дуб производил гнетущее впечатление, но в то же время в нем имелось очарование уродства.

Женя вынула мобильный и сделала несколько фотографий. Она любила коллекционировать такие вот раритеты – потом, рассматривая снимки, она быстро вспоминала основные вехи той или иной поездки.

– Все в порядке? – спросила она, подходя к мужу, возившемуся с колесом.

Он отшвырнул в сторону изогнутую железку и буркнул:

– И какой черт дернул нас свернуть на эту проселочную дорогу!

Впрочем, другой и не было.

Навигатор упорно советовал им ехать по шоссе и дальше, однако они повелись на несколько скособоченную вывеску «Анчуткино 3 км», которая бросилась Жене в глаза. А по шоссе им пришлось бы в объезд пиликать все десять, если не двенадцать километров.

И вот результат… Женя присела около Артема и положила ему руку на плечо.