Вилла розовых ангелов

Альберт Феокистович мельком просмотрел заграничный паспорт Оленьки.

– Ага, Данилина Ольга Андреевна... – произнес он. – Хм, на фотографии ты на себя совсем не похожа...

Сердце у Оли от этих слов ушло в пятки – а вдруг Толкунов узнает в ней девушку, которая разыскивает свою сестру, сгинувшую в Испании?

– Фотограф был плохой, – дрожащим голоском пояснила Оленька.

Однако Альберт Феокистович уже потерял всяческий интерес к паспорту и, отложив его в сторону, заметил:

– Такой ты нравишься мне намного больше, Оленька! Кстати, была у нас уже одна Данилина.

..

Оля снова перепугалась. А Толкунов пояснил:

– Евгенией зовут, она три раза в Испанию ездила, на квартиру себе заработала. Вот и тебя подобное ожидает...

Значит, о Ларисе Данилиной Толкунов предпочел забыть. Ольга заполнила анкету, сделав три грамматические ошибки и дважды переспросив, с каким количеством «с» и «н» пишется незнакомое слово «Барселона».

Альберт Феокистович, получив от нее восемьсот пятьдесят долларов, заявил:

– Ну вот и хорошо, Оленька. Телефон мой у тебя есть, новая партия девушек поедет в конце месяца. Так что собирайся, дорога предстоит дальняя. Сначала в Москву – за визой, а оттуда – в аэропорт и в Испанию.

Оля и сама поверить не могла, что у нее получилось. Раньше Альберт и смотреть в ее сторону не хотел, а стоило натянуть мини-юбку, изменить прическу, сменить очки на цветные контактные линзы – и он уже вьется вокруг нее, как шмель около горшочка с медом.

И самое главное: он ее не узнал!

Альберт Феокистович не обманул, двадцать шестого января, под вечер, он позвонил Ольге домой.

– Оленька, могу тебя обрадовать: послезавтра, во вторник, ты в числе прочих девушек едешь в Москву. Вас будет сопровождать Саша. Так что готовься, Оленька!

Нина Сергеевна, узнав, что Оля отправляется в столицу, а оттуда, по всей видимости, в Испанию, в последний раз попыталась воспрепятствовать поездке:

– Дочка, прошу, одумайся!

– Мама, от Лорки нет известий уже почти полтора месяца! – ответила девушка, у которой от вида всхлипывающей мамы разрывалось сердце.

 – Да и тетя Таня, ты сама знаешь, пить начала. Никого исчезновение Лорки не интересует, никто помочь нам не хочет.