Закат созвездия Близнецов

Волгоград, Россия, февраль 2002 года

Катя Ипатова натужно улыбнулась и попыталась в который раз убрать назойливую руку Германа Петровича со своей коленки. Однако ее кавалер, плотный и высокий мужчина лет сорока пяти, коротко постриженный, с бобриком серебристых седых волос, не желал понимать отказа. Герман Петрович Варавва привык получать то, что хотел. Причем – всегда. А сейчас он хотел одного – заполучить Катю Ипатову.

– Катюша, может, тебе еще вина? – спросил Герман Петрович и, не дожидаясь ответа, щелкнул пальцами, унизанными массивными золотыми перстнями.

Появился вышколенный официант, который с приклеенной к лицу улыбкой был готов исполнить любой каприз гостя.

– Так, давай мне еще сто пятьдесят водочки, а девчонке коктейльчик, – барским тоном распорядился Варавва.

– Но, Герман Петрович, я больше не хочу, – попыталась воспротивиться Катя, но кавалер и не слушал ее возражений. Он привык к тому, что ему все и всегда подчиняются. И зачем она вообще согласилась пойти вместе с Вараввой в самый шикарный ресторан города?! Наверное, просто надеялась, что после совместного ужина тот отстанет от нее.

Но нет, эта встреча в ресторане была для Германа Петровича прелюдией. Он явно рассчитывал на то, что Катя проникнется к нему симпатией, и за этим вечером последует еще много чего занятного и интересного...

– И мороженое ваше, разноцветное, с ликером, – приказывал Герман Петрович официанту. – Девчонке моей понравилось. Ведь так, Катюша?

И его потная рука снова очутилась у нее на коленке.

Катерина не пожалела, что надела длинное платье, хотя Герман Петрович настоятельно просил ее облачиться во что-нибудь покороче. Девушка ощутила, что ее силы на исходе. Она просто даст этому наглецу пощечину – и что тогда?

– Извините, я сейчас вернусь, – сказала Катя и, поднявшись, буквально выбежала из зеркального зала ресторана. Она кинулась в туалетную комнату, склонилась над мраморной раковиной, пустила сильную струю воды, вздохнула. Затем посмотрела на себя в зеркало.

– Итак, Катерина, что тебе делать? – спросила Ипатова у своего отражения.

Затем задала тот же вопрос по-немецки: – Was nun tun, Katharina?

На нее смотрела удивительно красивая блондинка с темно-синими, как норвежские фьорды, глазами и великолепной точеной фигурой. «Кто сказал, что красота помогает? Была бы как Светка Храповалова, Герман Петрович никогда бы на меня внимания не обратил. Он же у нас гурман, ему манекенщиц подавай. А на простых смертных он и внимания не обращает».