#Бункер1938

Проводив жену взглядом, Тадеуш кинулся в подвал, и Том даже не сомневался, что конкретно ему там понадобилось…

Радио продолжало извергать все новые и новые потоки страшных новостей:

«…белый флаг, если эти создания поймут, что это значит… Если они вообще что-либо понимают! Погодите! Что-то происходит!» – запинающимся голосом тараторил журналист на фоне непрекращающихся криков и рыданий.

– Дружище! Не двигайся с этого места до тех пор, пока не вернется кто-то из родителей! Не вздумай уходить, я очень тебя прошу! – наказал Харви.

 – Мне нужно вернуться домой. Я должен защитить семью… По крайней мере то, что от нее осталось…

– У папы в подвале хранится ружье! И пистолет! Пожалуйста, останься с нами, он сможет нас защитить! – часто моргая лепетал Том, пытаясь ухватить одну из рук юноши.

– Малыш, ты слышал репортаж… Город в опасности и да, ты прав, отец сумеет вас защитить, но мне нужно бежать. Мои родители… я – все, что у них осталось, береги себя! – выпалил Грин и, спешно обняв Тома, побежал к выходу.

Мгновение спустя его силуэт утонул в сгущающемся за окном тумане и движение прекратилось. Какое-то время Возняк младший простоял на месте и даже успел подумать о том, что все случившееся ему привиделось… Очередная реалистичная иллюзия, что вот-вот отпустит и позволит вернуться к реальности. Мысль принесла скорое облегчение, и ледяная корка, покрывшая желудок, начала таять.

Мальчик опустился на стул и посмотрел на свой ужин, к которому почти не притронулся. Нежданно-негаданно у него разыгрался страшный аппетит. Точно в бреду, он голыми руками хватал еду, кусочек за кусочком отправляя ее в рот и тут же спуская вниз по пищеводу, толком не прожевав.

Заторможенное сознание, словно в попытке отгородиться от происходящего, сосредоточилось на процессе поглощения пищи. Том чувствовал, как кончики пальцев утопают в рыхлых плодах варенного картофеля, а после – хватают куски холодной селедки.

Он наблюдал, как ритмично двигаются его челюсти и как пережеванное, смешиваясь со слюной, превращается в однородную, вязкую кашицу, активно наполняющую ссохшееся от ужаса чрево. Даже когда за спиной вновь послышались крики и началась суета, мальчишка увлеченно продолжал свою трапезу, никуда не спеша и ни на кого не отвлекаясь.