Бегущий За Ветром

 – Пока не разберемся, что происходит вокруг, наемники останутся в городе.

Каллиль удивленно вскинул брови:

– Простите, но, кажется, вы сказали «пока»? Вы что, тоже собираетесь оставить город?

– Да. Таковы были наши планы. Мы рассчитывали, что Силтакан достаточно хорошо защищен. Теперь наши планы изменились. Вполне вероятно, что город уже окружен со всех сторон.

– Окружен?! Уф!!!

У Каллиля подкосились ноги, и, если бы не подхватившие его под руки писцы, он наверняка повалился бы на мозаичный пол.

– Сколько хочитланцев движется по старой мощеной дороге? – спросил Шализал.

– Не знаю, – слабо простонал Каллиль. – Купец прибыл в город сегодня перед полуднем. Его гребцы едва не выпрыгнули из своих шкур, гребя в двойном ритме. Купец сказал, что по берегу движутся тысячи конных и пеших воинов. Уф! Они будут здесь уже сегодня вечером. Это конец!

Шализал презрительно скривил губы:

– Если врагов на берегу так много, то почему купец не видел их флот?

– Не знаю, я ничего не знаю! – продолжал стонать Каллиль.

Бегущий За Ветром ничуть не жалел трусливого правителя. Наверняка, вместе с семьей он заблаговременно отправил в безопасное место и все свое богатство. По законам Тласколана, градоначальник, бросивший свой пост, подвергался смертной казни. Так что Каллиль не мог бежать, но и ничего не сделал для защиты Силтакана.

Волшебник сказал:

– Мне нужен корабль, чтобы проплыть вдоль берега и разведать, с какими силами враг собирается напасть на город.

– Купцы бегут, город погибает! – горестно простонал Каллиль. – Конец мне, конец…

– Мне нужен корабль, – более громко повторил Бегущий За Ветром. – Где я могу его взять?

– Где угодно, – отрешенно махнул рукой правитель города, обвиснув на руках секретарей. – Наверняка, по городу уже разнеслась весть о том, что хочитланцы совсем рядом. В порту, конечно, сейчас паника… А мне все равно. Я уже умер.

– Шализал, на время войны ты – градоначальник, – приказал Бегущий За Ветром. – Все солдаты переходят в твое распоряжение. Постарайся сделать все, что еще можно успеть.

– Ну, что же, пришел конец отрядному колдуну, – Шализал скинул с головы капюшон, явив миру лицо сорокалетнего мужчины с орлиным носом и волевым подбородком.

Если Старейшина Тласколана по магическим искусствам и не был полностью доволен поворотом своей карьеры, то ничем не выразил протеста.