Роман Волшебного мира

Когда придёт время, вы это сами поймёте… А что касается моего страха… Да, вы правы. Нелегко отказывать одному из величайших владык… Теперь у меня есть серьёзный повод гордиться собой.

– Нес – величайший владыка? – не поверила своим ушам Иланира.

– Один из нескольких, – Капердин показал раскрытую ладонь с растопыренными пальцами, как бы намекая на количество. – Он может получить всё, что пожелает. Но он никогда не использует свою власть против вас. Потому что любит.

Волшебник поднялся с кресла и поклонился:

– Ваше Высочество, вы предполагали, что я вас заколдовал.

Но, кажется, это я попал под ваши чары. Я сказал больше, чем собирался. Наверно, это всё ещё действует ваша связь с… Нет, я должен молчать! Позвольте откланяться и пожелать вам терпения, надежды и обретения истинной любви!

Иланира тоже встала на ноги, поражённая и заинтригованная высказываниями Капердина:

– Мастер Капердин, я благодарю вас за визит, за весточку от Неса и за ваши пожелания. Вы загадали мне больше загадок, чем ответили на мои вопросы.

Наверное, я, правда, ещё недостаточно взрослая, чтобы в них разобраться.

– Я не буду говорить, что у Вашего Высочества всё будет хорошо, – волшебник попятился к двери. – У вас всё будет так, как вы сами этого пожелаете.

После такого довольно странного прощания Капердин вышел из покоев принцессы. Дверь за ним не закрылась, потому что в комнату сразу же вбежали родители. Они посмотрели на задумчиво застывшую дочку и только взглядами задали волнующие их вопросы.

– Кажется, мастер Капердин сказал, что со мной всё в порядке, – Иланира неопределённо пожала плечами, всё ещё пребывая под впечатлением от беседы с волшебником.

Истоала заключила дочь в крепкие объятия, а Ранатол обхватил руками их обоих. Фрейлины, придворные и слуги робко заглядывали в открытую дверь, не решаясь шумом или появлением в комнате нарушить единение королевской семьи.

Волшебник Капердин покинул дворец сразу после обеда. Король и королева перед отъездом ещё раз недолго переговорили с ним в своих покоях, но, судя по их разочарованным и растерянным лицам, не узнали ничего нового, важного и обнадёживающего.

Иланира тем временем спокойно, как ни в чём не бывало, продолжала работу над картиной. Её рука уверенно выводила кистью завитки листьев на кустах, а в сознании повторялся разговор с Капердином. Затем всплыли более глубокие воспоминания о встречах с Несом. Как он, будучи ещё ребёнком, легко заставил единорога застыть на месте.