Финальная шестерка

Томпсон сдерживает толпы зевак у нашего двухквартирного дома, а мы вчетвером сидим в кухне-гостиной, делая вид, что у нас все как обычно. Наше жилье больше не кажется мне тесным и неудобным: дом есть дом.

Папа щелкает пультом, и сердце у меня дает сбой при виде собственного лица на телеэкране.

– Блин! – ахает Сэм.

– Наша девочка, – шепчет мама.

Это запись сегодняшней пресс-конференции. Я рядом с доктором Андерсон выгляжу прискорбно неготовой к такому дебюту в поношенных джинсах, бирюзовой толстовке и с небрежно собранными в хвост волосами.

Крупный план показывает испарину на лбу, паническое выражение глаз – стыдобища! Впору залезть под диван, но тут на экране, к счастью, появляется Робин Ричмонд, ведущая новостей «Си-эн-эн Тунайт».

– Мы с вами только что видели нашу американскую финалистку, двукратную победительницу Всемирной научной ярмарки – Наоми Ардалан! – Ее мелодичный голос обыгрывает все три слога моей фамилии. – Наоми, собственно говоря, американка во втором поколении: родители ее родителей приехали сюда из Ирана.

Возможно, как раз восточные корни объясняют ее интерес к науке и технике, ведь алгебру и гидродинамику изобрели в древней Персии.

– Не забудь про ас-Суфи – он, на минутку, Туманность Андромеды открыл, – бормочу я. Меня трогает, что она упомянула моих бабушек и дедушек, признала их роль в моей жизни.

– Видели бы они тебя сейчас… – тихо говорит мама. Я сжимаю ей руку.

Подключается второй диктор, пожилой Сеймур Льюис.

– От внучки эмигрантов перейдем к финалисту, семья которого живет в Америке чуть ли не со времен «Мэйфлауэра», – к Беккету Вулфу, племяннику президента Соединенных Штатов!

Перед нами лужайка Белого дома.

Рядом с президентом стоит высокий парень в школьной форме, мускулистый блондин. Мы с папой переглядываемся – хороший, мол, выбор. Ричмонд, разделяющая, видимо, наше мнение, приподнимает бровь.

– Семейственностью пахнет, тебе не кажется?

Сеймур, известный защитник президента, слегка напрягается.

– Финалистов отбирали НАСА и руководство миссии, а не дядюшка президент.

– Само собой, – кивает Робин. – Родственник в первой колонии на Европе президенту, конечно же, ни к чему. И НАСА он ни на что такое не намекал.

– Перестань! – вскипает Сеймур, но Робин гнет свою линию.

– Я согласна, что каким-то базовым критериям Беккет Вулф отвечает, но будем откровенны: он не Наоми Ардалан.

– Браво, сестричка! – Сэм хлопает меня по спине.