Бозон Хиггса

Он осторожно подошёл к краю пропасти, заглянул вниз – клубящееся молоко, ничего не разглядеть…

– Олег?!

Он оглянулся.

– Вот ты где, герой чёртов! – Дитмар, круги под глазами, в рыжей бороде иней, но глаза весёлые. – Добрался! А мы уже похоронили тебя, не будь я бароном!

– Тоже молодцы, конечно, – пробормотал Олег, пожимая протянутую руку. – Пять минут подождать не могли? А мне потом от хатулей бегать.

– Я разве не предупредил? – удивился фон Вернер. – Зов отпугивает хищников. Забыл, верно. Ничего с тобой не случилось бы, разве что со скалы б сверзился, ну да на тебя это не похоже… Бережёного Зов бережёт!

Не предупредил он.

Врёт ведь, подумалось Олегу, нарочно не сказал. Вояка. Испытывает всё. Ладно, это мы запомним.

Барон фон Вернер был не один. Вслед за ним, из туманного половодья вышли остальные. Все… трое? С пополнением, значит… Странное создание. На ногах лапти. Короткий, чуть выше колен сарафан. Поверх сарафана кольчужная рубашка. Длинные, до колен, волосы цвета свалявшейся соломы заплетены в толстую косу.

На тугих щеках румянец, будто свёклой натёртый. А вот меч за спиной в расшитых цветным бисером ножнах – это да. Мощная штука, внушает. Откуда такое чудо-юдо?.. В смысле, из какой эпохи?

– Познакомься с Ефросиньей, – буркнул Дитмар и добавил: – Не везёт нам, опять баба…

Олег назвался. Румяная девица в кольчуге окинула его безразличным взором, чуть больше уделив внимания топорику в руке, и отвернулась. Много чести, значит? Ну и ладно, не очень-то и хотелось…

Подошёл Иоанн, пожал Олегу локоть по древнеримскому обычаю.

– Сохранил, видать, Господь, – сказал он. – Слышали в ночи пересвист адских созданий. Думал – по твою душу. Хотел сегодня панихиду служить.

– Не дождётесь, – откликнулся Олег. Монах вскинул брови, и астроном поспешил добавить: – На всё воля Божья.

– Радуйся! – Таис улыбнулась приветливо, но на расстоянии.

И эта меня не жалует, подумал Олег. А ведь свежа, ни тени усталости. Мужики, вон, видно, что в корень задолбались, а эта как Дюймовочка.

И не похоже, что сильно мёрзнет. Даже в Иоаннов плащ не кутается, а так, накинула только, будто одолжение сделала.

– Привал! – скомандовал гауптштурмфюрер. – Перекусим и пойдём назад.

Оказывается, они успели набрать дров – большую охапку корявых сухих веток, – и сложить их в естественном укрытии, образованном выветренной скалой. Немец вытащил из-за пояса плазмоган, и вскоре затрещал костёр. Все потянулись к огню, даже Таис.