Небо Атлантиды (Операция «Форс-мажор»)

Стояли переносные компьютеры, на которые выводилась текущая информация о том, что творится в воздушном пространстве Калининградской области. За компьютерами работали два оператора: один – на связи, другой – на радиолокации. Петров стоял посередине палатки и с кем-то говорил по сотовому телефону:

– …Мне плевать, – говорил он, – что ты думаешь по этому поводу. Главное, чтобы ты это сделал. Отвечать будешь перед самим!

Респондент на другом конце канала связи что-то невнятно отвечал Петрову, но тот уже не слушал.

Он нажал кнопку отбоя, сложил телефон и сунул его в нагрудный карман. Громов кашлянул. Петров обернулся на звук, и на лице его расцвела дежурная улыбка:

– Отлично, Кирилл Константинович. Вы уже осматривали машины? Как они перенесли путешествие?

– Всё в порядке, – отозвался Громов. – Что у вас?

– Небо под контролем – муха не пролетит.

– Как вы собираетесь отличить цель от остальных гражданских самолётов?

– Очень просто, – сказал Петров, откровенно красуясь. – По переговорам диспетчера аэропорта с самолётами.

Через минуту или две мне перезвонят и скажут, на каком рейсе летит наша примадонна.

– А если не перезвонят? – уточнил Громов, которому показалось легкомысленным такое отношение к делу.

– Перезвонят, – убеждённо заверил Петров. – Хотят ещё пожить на белом свете, значит, перезвонят…

– У вас с этим настолько сурово?

– По-другому нельзя. Народ стал безответственный…

В ту же секунду у Петрова запиликал «мобильник», и «доверенное лицо», поглядывая на Константина с нескрываемым торжеством, вытащил телефон из кармана:

– Слушаю!

На том конце залопотали.

– Принял, – сказал Петров, потом повернулся к оператору, колдующему над радиосканером. – Компания «Люфтганза», борт 1-7-9, лёгкий пассажирский самолёт типа «HFB-320».

– Редкая машинка, – высказал своё мнение оператор.

– И чем же она редкая? – поинтересовался Петров.

– Называют её «Ганза», и всего было выпущено пятьдесят машин этой серии, – проявил оператор недюжинную эрудицию.

 – Главная особенность – крыло обратной стреловидности. Два турбореактивных двигателя. Грузоподъёмность – без малого две тонны или двенадцать пассажиров плюс экипаж. Практическая дальность – две с половиной тысячи километров.

– А нафига ему крыло обратной стреловидности?

– Немцы в своё время от этих штук просто балдели. Считается, будто обратная стреловидность даёт преимущество на низких скоростях, что для гражданина бывает важно.

– И как?

– Брехня.