Регина

– А я и не боялся, – сказал я и от мысленного выдоха ушёл в матрас по самый подбородок.

Никакой повтор того, от чего я едва дышал и хотел курить, мне уже был не нужен.

– А то я не видела.

Регина отодвинулась от меня. Я почти сразу придвинулся к ней.

– Малыш, ну какой нам сейчас ребёнок, – сказал я, погладив её по спине. – Мы ещё такие молодые. И бедные.

Она скинула с себя мою руку.

– То есть, если бы я сейчас забеременела, ты бы сказал…

– Конечно, нет! Региш, ну ты чего? Я был бы рад.

– Врёшь.

– Я бы испугался, – согласился я. – Но это сначала. А потом был бы рад. А почему ты об этом спросила?

Регина пожала плечами, перевернулась на спину и стала рассматривать белый с жёлтыми пятнами потолок в нашей съёмной квартире.

– Сама не знаю. Просто подумалось, захотелось…

Её озорное каре – я умолял её отрастить волосы, но она упорно их стригла – разметалось по подушке.

Я знал, что это должен был быть серьёзный разговор, но ничего не мог с собой поделать, глядя на неё.

Кончиком пальца провёл линию по её плечу, зацепив и потянув лямку розовенькой ночной сорочки.

– Однажды у нас родятся самые прекрасные дети на свете, – прошептал я.

– Однажды – да, – ответила Регина и посмотрела на меня. – Но сначала мне придётся подождать, когда ты сам повзрослеешь.

Ждать ей пришлось семь лет.

***

Я не знаю, в какой момент научился жить без неё. Даже не знаю, научился ли. Просто дни сменялись днями, не сразу, но я стал видеть границы между ними.

Начал отличать вчера от сегодня, сегодня от завтра.

Диана росла, и с ней становилось легче. Сначала она научилась держать голову, потом сидеть, потом стоять. Меня утомляло время, когда она училась ходить, потому что ей непременно надо было держаться за мою руку, а мне с моим ростом приходилось сгибаться в три погибели, отчего спина быстро затекала и ныла.

Но я всё равно был счастлив. Настолько, насколько мог быть счастлив без своей Регины.

Диана занимала все мои мысли.

Если я оказывался где-нибудь без неё и видел красивого кота, необычное дерево или фигуру из огоньков, то всегда думал, как жаль, что не могу показать это моей маленькой девочке. А когда Диана смеялась, чудила или целовала меня, я думал о том, как жаль, что не могу показать это её матери.

***

Регина преподавала хореографию у детей. С детства она занималась танцами, и была пластична настолько, что когда двигалась, то казалось, вокруг неё звучит музыка.