Продавец снов

Горничная сразу узнала детектива, удивившись его возвращению.

– Мистер… Мистер Джонсон, полагаю?

– Да, он самый. – детектив держал шляпу в руках, и лицо его выражало такие страдания, что не могли не вызвать сочувствие в сердце молодой девушки.

– Прошу входите! Я видела, как вы покинули дом, что вас привело сюда снова?

Джонсон не мог вот так сразу выложить все, поэтому он решился на небольшой обман. Ну как, обман – легкое передергивание фактов в свою пользу.

– Понимаете, ужасная погода испортила все дороги, да и возможности поймать такси мне так и не предоставилось, так что на вокзал попасть я не смог.

Дождь только усиливается, поэтому я вынужден был вернуться обратно. – Джонсон почти не слукавил на счет такси, хотя у него просто-напросто не было денег. – Но, если вы не можете хотя бы на полчаса впустить промокшего и озябшего служителя закона, я покину имение Винкерсов.

Слова детектива возымели действие. Через две минуты он уже сидел на кухне, а горничная – мисс Хейвуд – хозяйничала, готовя гостю чай.

Промокшие насквозь плащ и шляпа Джонсона висели над печью, распространяя вокруг себя неприятный запах сырости.

– Скажите, мисс Хейвуд, а к миссис Винкерс вчера кто-нибудь приходил или приезжал? – рискнул задать вопрос детектив.

– О, да! У хозяев почти каждый день кто-то бывает – понимаете, все эти дела, они даже вечером и в уикенд не оставляют в покое. Поэтому здесь часто бывают разные люди. И вчера тоже, хотя и меньше – ведь мистер Винкерс в отъезде, а дела, в основном, ведет он.

Какой это удар для него! Наверное, он даже прервет свою деловую поездку, и вернется из Европы – он так любил миссис Винкерс… – казалось, еще чуть-чуть, и горничная снова заплачет, хотя и предавалась этому занятию все сегодняшнее утро. – Но я уже рассказывала об этом полиции.

– Да-да, я знаю. Инспектор обещал показать мне материалы этого дела, – соврал детектив – но, видите ли, я вынужден прятаться здесь от непогоды, и визит в полицию я смогу сделать не ранее завтрашнего дня.

Да и то – если внезапно не подхвачу воспаление легких! – в подтверждение этих слов Джонсон натурально покашлял, держась правой рукой за грудь.

Мисс Хейвуд, с жалостью глядя на детектива, сделала чаю, поставила на стол небольшую вазочку для варенья и блюдо с полдюжиной румяных булочек. Признаться, Джонсон был голоден, а поэтому, поблагодарив девушку за ее заботу, не торопясь съел пару булочек, обмакивая их в варенье.