Зона-51

] Конечно, спустят кобеля приличия ради, но не более. Зато улов тут может быть куда более внушительным, чем отдельные твои успехи в деле перевербовки советских агентов. Так как, согласен?

Его собеседник и глазом не моргнул.

–Нам нужен план по технической части вопроса, – выпалил он в ответ. – Займусь этим немедленно.

Хозяин кабинета улыбнулся, но сразу предостерег своего приятеля:

–Только свое новое руководство в курс пока не вводи. Могут неверно истолковать. Потом поставим перед фактом.

02 декабря 1962 года, Москва, здание КГБ на Лубянке

Вновь назначенный после скандала с Пеньковским и отставки Серова председатель КГБ Владимир Семичастный собрал экстренное совещание начальников главных управлений центрального аппарата контрразведки, чтобы обсудить недавний инцидент в Карибском море и его последствия для Комитета.

–За последнее время, – говорил он, – слишком много наших людей за кордоном оказались разоблаченными. Буквально, за последний год. Мы, проще говоря, стали весьма уязвимы для нашего главного противника, американского ЦРУ.

Копацкий, мистер Филби, Фишер, Молодый – все эти потери случились благодаря действиям Голицына. В конце концов, именно эта уязвимость и не позволила Никите Сергеевичу действовать в ситуации на Кубе более решительно.

–Но, Владимир Ефимович, мы ведь дали ему и много дезинформации через его приятелей, верных нашему делу и оставшихся у нас на службе, – парировал его бывший начальник, полковник Петренко.

 – И эта дезинформация, как сообщают наши источники, также безукоризненно донесена им до высоких кабинетов в Вашингтоне…

–Да, но этого мало. Все равно мы теперь перед ними как на ладони. И даже арест Пеньковского мало, что изменит. Уверен, ничего серьезного он нам не сообщит…

–Но он уже дает признательные показания!

–Он мало, что знает, – отмахнулся Семичастный. – Пеньковского мы разрабатывали без малого полтора года. Как наш агент, Голицын, конечно, знал о разработке, и конечно, сообщил о ней своим новым друзьям.

И только по этой причине они отключили Пеньковского от глобальной информационной сети. Это видно хотя бы по тому, что та дезинформация, которой мы его снабжали, никакого впечатления на ЦРУ не производила и в расчет при принятии политических решений не принималась. Соответственно, делиться и с ним какими-то стратегическими вопросами руководство американской разведки, думаю, не считало нужным.