Вот уж морская буря! Советские моряки против Летающего острова!

С этими словами инженер снова крепко взял руку Патрушева в свою.

Он прошел через киораку-дзюцу к задней части, затем исчез за магазином. Это был последний раз, когда Патрушев видел капитана.

Патрушев шел плечом к плечу со свободными от работы рабочими и их семьями, прогуливающимися по Кёраку-гу. Он проводил много времени, играя, пил сладкое какао, ел мясные булочки и ходил в кино. По пути домой он заехал в Кванчин, согласно инструкциям капитана Гречко, и получил посылку в обмен на коктейль из кокков.

Матрос сразу же отнес багаж в комнату инженер-лейтенанта Гречко.

Он вспомнил, что ему было приказано немедленно вскрыть пакет. Патрушев не знал, что было в багаже. Он хотел как можно скорее увидеть, что находится внутри, так что быстро разорвал оберточную бумагу и обнаружил, что внутри находится еще один бумажный пакет. После того, как еще два или три слоя оберточной бумаги были разорваны, долгожданный предмет наконец предстал перед глазами старшего матроса, который удивился, почему он был так плотно упакован. Когда он увидел его, то был так поражен, что воскликнул вслух: «Что?!»

Это была белая форма капитана инженерных войск, фуражка, кинжал, ботинки, перемычка и другие вещи.

«Что все это значит?»

Патрушев не мог поверить своим глазам. Он проверил и обнаружил, что это действительно та форма, которую носил инженер-лейтенант Гречко. Это действительно озадачивает.

Затем Патрушев нашел в пакете листок бумаги. Он открыл его с изумленным выражением лица. Это оказалось письмо Патрушеву, в котором было легко узнать размашистый почерк капитана Гречко.

Текст был таков:

«Патрушев.

Не удивляйтесь. Пожалуйста, прочитайте это письмо.

(1) Никому не говорите, что находится в этом пакете.

(2) Товар должен быть немедленно измельчен.

(3) Письмо должно быть сожжено.

(4) Я верю, что вы сохраните мой секрет.

Таша де красе. Гречко.»

Это было похоже на предсмертную записку. Неужели это действительно последняя воля и завещание инженер-лейтенанта Гречко? Старший матрос Патрушев был ошеломлен.

Он понятия не имел, почему инженер-капитан так поступил. Но в следующее мгновение Патрушев вспомнил о важном приказе, который ему отдали. Он не знал почему, но если он ничего не предпримет, то нарушит приказ. Не могло быть и речи о том, чтобы великолепный главный инженер приказал ему сделать что-то не то. В этом случае не было другого выбора, кроме как немедленно сделать то, что было предписано в завещании.