Последний оплот

Леша дорогой не забудь, сегодня активация портала. Тебя ждут на Варяге.

В ее голосе проскользнули упрекающие нотки и они были справедливы. После того как стало ясно, что среди выживших нет моей семьи, я слетел с резьбы. Отключив сеть и приказав Кору некого не подпускать к моим дверям на расстояние выстрела, ушел в жесткий запой, отключив фильтры нейросети.

Как только зазвучали звуки падающей воды из ванной комнаты, Лиска присела на против и посмотрела мне прямо в глаза.

– Леша вижу очнулся, слава богу, а то я начала волноваться.

Поверь я сочувствую твоей утрате, но нужно жить дальше. Слишком много судеб зависит от тебя и ты не имеешь морального права опускать руки.

Она сделала паузу, а потом озорно улыбнувшись и махнув рыжим хвостом резко сменила тему:

– Знаешь, а мне понравилось ночью! Да и твоей доене тоже, хоть она в этом и не признается. Нужно будет повторить – она провела ноготками по моей небритой щеке – Ладно Леша вижу очухался, я тоже побегу, дел невпроворот, да и тебе сейчас лучше побыть одному и собраться с мыслями.

Когда за девчонками захлопнулась дверь, я налил новую кружку кофе и прикурил сигарету. Еще одна земная радость. Благодаря технологиям содружества никотиновая зависимость мне теперь не грозит и курение превратилось в приятный ритуал. Встав у окна, всмотрелся в серую хмарь Новосибирских улиц.

Прерванные мысли вернулись в прежнее русло. Всем, кто получал нейросети на земле автоматически прописывалось гражданство звездной Российской империи и это не обсуждалось, хотя попытки были.

Не всем понравилось мое нововведение. На третий день моего траурного запоя под окнами выделенной мне квартиры на четвертом этаже новостройки в центре Новосибирска, собрался митинг беженцев из гейропы и США. Вопли толпы с цветными плакатами под моим окном жестко резонировали болью в похмельной голове. Мое требование свалить из-под моих окон, высказанное в крайне нецензурной форме толпа проигнорировала. Не смотря на острое желание, палить из плазмогана с балкона я не стал, а решил выслушать страждущих моего внимания активистов либирастических ценностей. Плакаты и выкрики как бы намекали.

Тройка обшарпанных, но все еще сохранивших холенные рожи мужиков и одна некрасивая баба, были допущены до комиссарского тела. Выслушав их десятиминутную пламенную речь в защиту прав и свобод граждан цивилизованного западного общества, незыблемости демократии и неприемлемости автократических порядков в формирующемся государстве.