Курорт. Запретная история одной планеты. Тетрадь первая

Ты улавливаешь? Никак, ни за какие деньги, простого, пусть и богатого человека, туда не пустят. Аренду-то Рольд протащил через совет эксклюзивную! А пересмотр решения раньше чем через восемь дюжин лет возможен, только если он нарушит правила. И уж Рольд-то, или его сын, в этом совсем не заинтересованы. Вот так-то. Это нам с тобой летать до пенсии, а потом – домой, на лавку, доживать свой век. А у Рольда теперь есть и море, и солнце, и воздух. За дюжину лет аренды он уже заплатил…

– Юм, иди завтракать! – голос бабушки звенел негодованием, потому что она звала сорванца уже в шестой раз.

 – Сколько раз мне тебя звать, какой пример ты подаешь младшим! – Младшие, потупившись, возили ложками в тарелках.

Из дверного проема показалась недовольная физиономия, окруженная рыжим вихрастым ореолом. Обычно веснушки на носу и скулах Юма подчеркивали вечно озорное выражение подвижного лица. Но сегодня старший явно был мрачен.

– Прости, бабушка, я уже иду, – грустно сказал Юм, залезая на высокий стул и беря в руки ложку.

Брови его трагически поднялись, он тяжело вздохнул.

Чима была настолько потрясена поведением внука, что присела на стул и перевела дыхание. Сосчитав до двенадцати, она осторожно осведомилась о здоровье Юма.

– Да все у меня в порядке, – отмахнулся Юм. – Просто я смотрел, что там написано про прадедушку Рольда. Оказывается, Платформа может плавать в океане еще четыре дюжины и десять лет, а потом нам придется улетать?

– Юм, во-первых, через четыре дюжины и десять лет тебе будет пять с половиной циклов, то есть ты будешь старше, чем я сейчас, и у тебя уже будут свои внуки.

 – К бабушке вернулось привычное ироничное настроение и она заулыбалась. – Во-вторых, мы уже больше трех дюжин лет живем на Платформе, и не нарушили ни одной нормы. И дальше будем жить также, ничего не нарушая. Это ведь наш дом!

– Ну срок аренды же закончится, – выпалил Юм слова, которые так толком и не понял, но которые показались ему грозными и неотвратимыми.

– Мой дорогой будущий юрист!

– Я буду работать в службе размещения, как папа, – немедленно вскинулся Юм.

– Хорошо-хорошо. Мой дорогой будущий полноправный член Семьи! Такое обращение тебя устроит? – Юм кивнул. – Так вот, разве ты не обратил внимание на понятие пролонгация?

– А что оно значит? – у Юма в глазах загорелась надежда.