Курорт. Запретная история одной планеты. Тетрадь первая

По крайней мере, теперь я спокоен.

– Почему?

– Потому что ты именно тот, за кого я тебя принимаю: жадный и продажный торгаш. Именно потому мы и партнеры, не заводись. Я нужен тебе, ты нужен мне. Мы оба это знаем…

Когда основная масса слушателей разошлась по домам, а Окси остался один, сидя в уголке и с грустью глядя на пустой стакан, к нему снова подсели два давешних пилота. Маленький, с торчащими во все стороны волосами, и с глазами цвета василька в полдень, а вместе с ним плечистый добродушный здоровяк, оплативший рассказчику еду.

– Послушай, – сказал здоровяк, пододвигая к Окси новый стакан, с двойной порцией крепкого. – Расскажи-ка нам еще про Рольда.

Окси с сомнением посмотрел на стакан, потом на обоих пилотов, потом снова на стакан.

– А что ты хочешь услышать? Я не продаю друзей за выпивку, если ты вдруг не знаешь.

– Я не работаю ни на власти, ни на пиратов. Простой пилот. Таскаю грузы по галактике, туда-сюда, никакой контрабанды. Но я никогда не думаю дальше, чем на год вперед.

И в кармане у меня обычно пусто – ну разве что на выпивку хватает, – усмехнулся здоровяк. – Пей. Расскажи про Рольда. Как он там планировал на две дюжины лет вперед? Может, я тоже хочу стать богатым!

Тут маленький пилот прыснул, а здоровяк, набычившись, грозно воззрился на него:

– И что тут смешного?

Окси взял стакан и отхлебнул, потом задумчиво повертел его и посмотрел куда-то вдаль. Он явно видел не угол темноватого помещения, а какую-то совсем другую картину из прошлого.

– Да, я сам когда-то тоже думал так. Если Рольд смог, почему бы и мне не попробовать? Только знаешь, таких как Рольд… Их мало. Он же был одержим. Такие как мы, простые… Мы так не можем. Ты готов две с лишним дюжины лет откладывать деньги, отказывая себе во всем, накапливая капитал, чтобы использовать его в известный тебе день ровно через две дюжины и три года?

Здоровяк запустил обе руки в недлинные волосы на затылке, развел локти в стороны и поскреб пальцами череп.

– Две дюжины и три года.

Четверть жизни.

– Не ходить по кабакам, не покупать ничего дорогого, ютиться в офицерском общежитии или корабельной каюте, и откладывать половину жалования. Каждый месяц. А еще треть он отправлял на учебу сына. Когда тот выучился и встал на ноги, Рольд посвятил его в свои планы и убедил!

– И сын тоже стал откладывать деньги?

– Это Рольд был инженер, – Окси покачал головой. – Сын – его имя Атль – был хорошим юристом и недурным экономистом.