Ева. Грани миров

Не поднимая головы, он потянулся, приоткрыл дверцу шкафа, достал две белоснежные кружки, быстро переместился в зону приготовления еды и также, не смотря, нажал кнопку чайника. Над чайником зажглась не яркая фоновая подсветка. Чайник ответил звонким щелчком и лениво запыхтел. В образовавшемся свете Ник мог лучше рассмотреть нового знакомого. Он был худощав и жилист, а его руки покрывали татуировки, которые заползали под рукава футболки. Большая часть узоров скрывалась под одеждой, но часть выползала на шее.

Ник подошел к окну и глубоко вздохнул. С высоты двадцатого этажа открывался великолепный вид на парк. Большой, прямоугольный, зеленый участок с озером в центре напоминал один из центральных парков Ною-Йорка прошлого. По периметру парк надежно охраняли, уходящие за горизонт, высокие дома с башнями. Присмотревшись, Ник обратил внимание на людей. Одни прогуливались по парку и мило держались за руки, другие куда-то спешили, но все вместе жили внутри ангара Анта. Они создавали эффект этой самой жизни.

Парящие в воздухе дома выглядывали из-за угла и манили звуками падающей воды.

– Как это все возможно? – тихо поинтересовался Ник. Интонация не была вопросительной, скорее, нейтральной, лишенной окраса.

Ант прислонился к стене, скрестил на груди руки и опустил голову, – Это мой дом.

– Я не об этом. Что все это такое? – Ник указал в окно, – Лето посреди зимы, летающие дома, и парк, которого больше нет.

– Гений одного человека из далекого прошлого, с моими скромными дополнениями.

У меня нет всех ответов, да и само знание не добавит способностей, не даст суперсилу, оно будет терзать, снится ночами и сводить с ума.

Чайник напористо засвистел. Не спрашивая Ника, Ант наполнил кружку горячим напитком и протянул гостю.

– В две тысячи шестидесятом году случилась Великая война. Об этом написано много книг и составлено множество хроник. Человечество накопило невероятный запас ненависти друг к другу, ненависти и оружия.

И как нас учат с детства, случилось страшное.

Черные тучи нависли над городом,

Мир оказался в кромешной мгле,

Люди забыли о том, что дорого,

Позволив случиться беде,

Задернули шторы, спрятали лица,

Былое добро мхом поросло,

В злобе, корысти, глупости, зависти

Выросло страшное зло!

Зло копилось, крепло, росло,

Меняло маски, страны и лица,

Страшное, черное, черствое зло,

Устало в подвалах сомнений томиться.