Мы никогда не умрем

В некотором роде это искусство – обернуть собственные грехи против того, кто их в тебе распознал. А вывернуть наизнанку можно что угодно. Хвалишься тем, что ты джентльмен? Увидим, как ты себя поведешь, когда я схвачу тебя за язык. Ты не жадный? Что же, посмотрим, на сколько тебя хватит. Хочешь, чтобы я хорошо выглядела, – плати. Скучаешь? Спасибо, теперь наше время вместе превратится в поводок, который можно ослаблять или затягивать, будто петлю, на твоей шее…

В другом конце кафешки спала на баулах тетка, торгующая тряпками в вагонах.

Рядом стыл кофе в пластиковом стаканчике.

– Глянь, настолько устала, что вырубилась, или ждет пятичасовую электричку? – спросила Надя с притворным любопытством.

– Ладно тебе, – махнула Варя, окривевшая с алкоголя, – тему-то не меняй.

Подруга пожала плечами: мол, хочешь ссоры – будет тебе такое счастье.

– Ты там знаешь, еще скажи. Лошадка ты наша, самая-самая.

Стряхнув пепел на краешек круглой картонки, Варвара кивнула головой в знак согласия.

– Да, я такая.

Уж она-то знала, что к каждому нужен особый подход. И все ради того, чтобы получать от жизни максимум, прикладывая минимум усилий. В общении с мужчинами (сантехник он, головорез или еще кто – разницы нет) нужно исходить из двух основополагающих принципов: одним нужно потрахаться, а вторые в тебя рано или поздно влюбятся, потому что испытывают нужду. И тех, и других можно влегкую развести, ведь «мужчина должен».

Должен обеспечивать, холить и лелеять, всячески доказывая себе, окружающим, а главное ей, что способен для нее на все.

«Служи, дурачок, – получишь значок»… Все это уже не раз объяснялось Надежде, но до нее доходило как до жирафа.

– Сейчас каждый сам за себя, и нужно искать выгоду. Ты посмотри на мужиков. Чего они хотят? Они хотят трахаться, а я хочу красиво жить. Все симметрично.

– Я фигею, что ты все к этому сводишь. – Надя взглянула на Варвару широко распахнутыми глазами. Инстинктивно она отодвинулась от подруги.

«Такая красивая и такая тупица», – подумала Надежда, поправив на груди цепочку с крестиком.

– А к чему, к любви, что ли? – расхохоталась Варя, обнажив ровненькие белые зубы. – Или что, вернешься в кабак да отдашь деньги?

– Им не верну, но и на себя не потрачу, – твердо ответила Надежда.

– Неужели про манеры вспомнила? В борделе впахивали – тебя все устраивало, – съязвила Варвара, думая, что втаптывает собеседницу в грязь.