Драйв! Dolcezza. Цикл «Прутский Декамерон». Книга 5

Я отъехал от нашего места расположения не очень далеко, всего около километра, после чего съехал с дороги, немного углубившись в посадку – полосу деревьев вдоль дороги шириной в несколько метров, – и остановился, заглушил мотор и вышел из машины; Анжела вышла следом за мной.

– Раздевайся, девочка моя, – сказал я, подходя к ней вплотную и мягко обнимая за талию.

– Зачем? – Казалось, впервые за все это время Анжела начала проявлять некоторое беспокойство.

– Будем расставаться с девственностью, – твердо сказал я.

 – Она, как я понял, тебя слишком тяготит.

– Может, не надо?.. – в голосе Анжелы прозвучало сомнение, но какое-то неестественное, как в том анекдоте, когда товарищ не знает, брать ему или не брать зонтик, если на улице ненастная погода.

– Нет, надо! – сказал я решительно, а сам, надо признать, совсем не был уверен в своем намерении.

С ней все ясно, она – девственница. Пока. Невинная, нетронутая. Но кто-то ведь должен помочь девушке расстаться с невинностью, которая, ясное дело, ей уже словно заноза мешает? Так почему же этим «спасителем» не могу быть я? До нахального самоуверенный, я был убежден, что в этом деле я не хуже, а даже, пожалуй, лучше многих других.

Да, именно так я и думал тогда, ведь мне было всего двадцать… э… с хорошим хвостиком, ну, а если точнее, то уже ближе к тридцати.

Во-первых, я ласков и необыкновенно терпелив, что очень важно именно в тех случаях, когда ты имеешь дело с девственницей.

Во-вторых, я умею быть, если можно так выразиться, одновременно и мягким, и агрессивным и, добиваясь желаемого, последовательно и хладнокровно идти до конца, к тому же, что в этом деле тоже немаловажно, женские слезы практически не трогают меня.

А в-третьих, я, даже будучи уже в процессе, умею контролировать себя, и могу, если обстоятельства того требуют, вовремя остановиться. При всем при этом в физиологическом плане я вовсе не гигант и девушек в момент дефлорации физически не травмирую. И вот, подытоживая все эти качества, заявляю, что если дамочка старше восемнадцати мается дурью, то есть ее обременяет девственность, то я готов помочь ей от нее избавиться.

Еще одним из условий является, конечно же, тот факт, что девушка эта должна мне хоть немного нравиться.

Анжела, когда я предложил ей раздеться, стала постепенно стягивать с себя вначале джинсы, а затем и блузку. Затем дрожащими руками она стянула с себя трусики и осталась в одной коротенькой маечке.