Драйв! Dolcezza. Цикл «Прутский Декамерон». Книга 5

Подойдя, я опустился перед ней на колени и стал, в упор, нахально, хотя и с улыбкой разглядывать ее; она, склонив голову чуть вбок, серьезно, с едва заметной усмешкой, глядела на меня. Внешности Снежана была несколько необычной: крупная голова с густой копной вьющихся каштановых волос, округлое, привлекательное лицо с огромными карими глазами и пухлыми, как у ребенка смешными щеками, делавшими девушку еще моложе ее 19-ти, тонкая шея, довольно крупный бюст на тщедушном теле, а бедра и ноги ее были будто взяты от какого-то худощавого мальчишки и по ошибке приделаны ей – так они не гармонировали с головой и бюстом.

Девушка также с интересом посматривала на меня, что позволило мне сделать следующий шаг.

– Снежанка, скажи честно, тебе в нашей компании скучно? – спросил я, подныривая ей под руку и опускаясь головой на ее бедро.

– Н-нет, все нормально, – ответила она, усаживаясь так, чтобы мне было удобнее.

– Хочешь, Снежанка, мы с тобой на обратной дороге забуримся ко мне домой и с лихвой наверстаем то, что пропустили до сих пор?

– Не знаю, я лично не страдаю от того, что у меня сегодня ничего не было, – сказала Снежана, голос ее был ровный и мягкий.

– Соглашайся, – прошептал я, то ли полушутливо, то ли полусерьезно. – Соглашайся, и ты не пожалеешь. Ты уже, надеюсь, знаешь, что наша жизнь состоит из случайностей и мгновений, так лови, не упускай свое мгновение, ведь может быть, это и есть один из тех счастливых случаев, о которых потом всегда приятно вспомнить.

Проговорив весь этот каламбур, я уткнулся лицом ей в живот и замолчал.

– Хорошо, уговорил, я согласна, – сказала Снежана и засмеялась красивым мелодичным смехом, – до сих пор, а мы провели вместе уже несколько часов, я не слышал, чтобы она так смеялась.

– Спасибо, Снежанка, я рад, что ты такая понятливая, – сказал я.

Анжела и Кондрат вернулись из леса хмурые, ни тот, ни другая ни на кого не смотрели и ни с кем не разговаривали. Почти сразу же по их возвращении мы собрались, сложили вещи и отправились домой. По дороге Анжела, а она ехала с нами в одной машине, немного отошла, и даже пыталась шутить. Милая глупышка, ее жизнерадостности можно было позавидовать – в такой нелегкий для себя день она не утратила чувства юмора.