Вожделение в эпоху застоя. Caldamente. Цикл «Прутский Декамерон». Книга 3

А здесь, в зале, уже царит предобеденный напряг: официанты, сервируя столики, гремят тарелками и приборами, повара носятся по кухне как угорелые, производя своими действиями целые облака белого пара. Дразняще вкусные запахи, доносящиеся из кухни, напоминают мне о том, что с утра кроме кофе я еще ничего в пищу не употреблял, а калорий, кстати, уже поистратил предостаточно. В глубине кухни среди мармитов и духовых шкафов я замечаю Марьяшу – она заместитель шеф-повара. Подзывая ее, призывно машу рукой и невольно улыбаюсь – милая открытая улыбка этой девушки всегда радует, поднимает мне настроение, она прекрасной души человек и, кроме того, замечательный повар.

Марьяша показывает жестом, что поняла меня без слов, затем показывает мне обе ладони с растопыренными пальцами, из чего я заключаю, что она просит десять минут подождать. Пока у нее все жарится-готовится, я без дела слоняюсь по залу и всем мешаю работать, а официантку Вику, обожаемую мною за восточный разрез глаз и мягкий добрый характер (с разрешения читателя я здесь опущу сведения о ее сексуальных достоинствах), обнимаю сзади за плечи и легко целую в шею.

Девушка шутливо ругается, затем, сказываясь занятой, вырывается из моих рук и бежит по своим делам. А в это время Марьяша с раздачи манит меня пальцем и вручает две огромные тарелки. Я молча благодарю ее – посылаю воздушный поцелуй, после чего с тарелками в руках удаляюсь в зал, где занимаю двухместный столик, расположенный в отдельной кабинке, и приступаю к еде.

Тем временем зал понемногу заполняется людьми обоих полов и самого разного возраста, но мой взгляд обращен исключительно на незнакомые женские лица, – любые другие меня не интересуют. Получасом позже я заканчиваю обед, так и не обнаружив среди посетительниц ресторана ни одной, достойной моего внимания дамочки. Разморенный едой, я медленно спускаюсь по лестнице вниз, мечтая лишь об одном – закрыться в баре и принять горизонтальное положение: организм настойчиво напоминает мне, что у нас с ним сегодня выходной.

Внизу, в вестибюле, меня останавливает швейцар Ильич.

– Савва, – с хитрой ухмылочкой говорит он, – тут тебя по всему ресторану какая-то молодая дамочка разыскивает. – И подмаргивая, добавляет: – Явно новенькая здесь! Рыженькая такая, я ее здесь раньше не видел.

– Если опять появится, скажи ей, пусть идет прямиком в бар, я не буду закрываться, – говорю я ему сонным голосом и удаляюсь к себе.