Московит. Игра на выживание

«Ну, уж нет! Я заставлю вас шлепнуть меня!»

Денис, едва девица прозвенела шпорами мимо него, тут же шагнул чуть в сторону, закрывая ее собой от пули. В последний момент физиономию вельможного пана исказила досадливая гримаса, рука чуть дернулась. Бахнул выстрел. Лицо ожгло чем-то горячим. С неимоверным облегчением Денис подумал, что мучения его в этом средневековом антураже, похоже, подошли к концу. И даже приготовился увидеть перед глазами «классический» темный тоннель и угадывающийся в его конце молочно-белый свет.

В качестве символа выхода в «настоящее».

Ничего подобного.

Скула и ухо вспыхнули огнем, по шее на рубашку потекло что-то теплое. Хотя, откровенно сказать, он прекрасно понимал, что именно теплое может потечь из щеки, если ее разодрать чем-нибудь острым. Будь на месте этого косорукого павлина настоящий владелец пистолета, который вдолбил «хэдшот» в голову проводника, уж тот бы наверняка не промахнулся. Этот же, видать, пока не приноровил руку к новому оружию.

– Ломайте ему ноги, чтоб не ушел! – Раздосадованно махнув пистолетом, как капризный ребенок сломавшейся игрушкой, поляк, не глядя, бросил ствол назад. По крайней мере, этот расчет оправдался – дымящийся еще огнестрел со знанием дела перехватил толстяк. – Живым брать нехристя!

И тут Денис психанул. Промах усатой цапли его раздосадовал не особенно – ринувшиеся в его сторону трое вояк с перекошенными рожами всем своим видом гарантировали, что в очень скором времени исправят этот недочет командира.

Но вопрос теперь встал другой – как именно. Покалечить, но ни в коем случае не убивать? Похоже, эта проклятая игра единственной своей целью полагала наиболее изощренное издевательство над геймером. Что бы он ни делал, как ни вертелся угрем, она всякий раз словно бы насмехалась над всеми этими стараниями.

Что жутко раздражало.

Первому набежавшему типу в похожей на берет шапке досталось больше всех. Ему Денис, уходя от замаха здоровенным тесаком, пяткой выбил колено из опорной ноги.

Прямо из сустава. Не успел тот, захлебываясь криком, рухнуть на землю, как замерший посреди дороги голодранец уже уворачивался от замаха копья с длиннющим, как короткий меч, навершием. Уклонившись еще пару раз, он понял, что поляк старается подрубить ему ноги. Как, собственно, и было приказано. Еще один зашел сбоку, совершенно очевидно примеряясь садануть узким клювом топора куда-то в область ключицы.