Угнетатель аристократов 3

Мол, это она, дурочка такая, не уследила за готовящейся едой, свалила куда-то, а она и подгорела. Оказалось не так.

Девушка сработала ответственно и добросовестно. А результатом почти что разросшегося пожара стал я. Стал – не понятно каким образом. Ни с того ни с сего начал гореть. Долбаным зелёным пламенем.

Господи, лучше б это и правда Алина устроила. Или горел я, хотя бы, обыкновенным, оранжевым огнём. Но точно не зелёным…

Это ведь что значит? Да только то, что я, каким-то образом, получил доступ к тому самому инфернальному огню.

Ну либо сам инфернал каким-то образом заныкался в комнате и тайком поджёг меня своим телом. Бред.

Может, пока дрался так долго с этим ублюдком, он заразил меня? Заразил, и теперь я до конца дней буду гореть так же, как и он? Э-м-м… как-то не особо хочется. Я ведь не из камня, как он. У меня светлая, тонкая кожа, – будет неприятно…

Зато у такой огненной встряски есть один плюс. Я больше совершенно не хотел спать. Так сказать, зарядился сполна.

Окей, хорошо.

Надо немного успокоиться и вернуться в комнату. Всё проверить. Я ведь больше не горю, а значит, – никакой опасности нет.

Первым делом я достал из ванны замызганную занавеску, оттряхнул её, и попытался прицепить обратно. Когда закончил и посмотрел на сделанное со стороны, – чуть не блеванул. Мятая, словно я достал её из… умолчим, откуда, – занавеска, помимо всего имела несколько заметных (шириною в кулак взрослого человека) дыр. Да и прицеплена она была, чего уж греха таить, всего на половину крючков.

Ибо все остальные я оборвал в процессе тушения.

– Ладно, и так сойдёт… – Прошептал я и вышел из ванны. Выключил в ней свет и стал надеяться на то, что как-нибудь прокатит не спалиться.

Вернулся в спальню. Со страхом поглядел на простынку, на которой лежал. Слава богу, зелёное нечто не коснулось её. Ткань осталась в целости и сохранности. И подушка тоже сохранилась.

Отлично. Хотя бы здесь не придётся объясняться. Проверив ещё и кухню, убедился, что больше нигде не наследил.

Больше всего от огня пострадала моя рубашка. Она истлела наполовину, и оставаться в ней было неправильно. Я с трудом оторвал её от кожи в тех местах, где она её подплавила. И снял к чёртовой матери. Сходил на кухню и поглубже запихал её в мусорное ведро.

Только подумал о том, куда же пропала Алина, как в тот же момент кто-то в замок воткнул ключ. Когда отворилась дверь, запуская внутрь яркий дневной свет, я стоял напротив, – метрах в двух.