Угнетатель аристократов

Но не успел я ответить, как пришлось убрать телефон в карман, потому что на кухне началось что-то интересное. Татьяна и Ева, после того, как всполошились от моей неожиданно пришедшей смс-ки, вновь продолжили разговор.

Я отключил звук, чтобы больше не попадать впросак и продолжил слушать.

Татьяна, через слово срываясь на слезливые интонации, говорила:

– Как же всё надоело… проблемы наваливаются как снежный ком. Денег не хватает, на работе завал, долбаная, эта… Марина Анатольевна! У тебя там чего-то приключилось, а рассказывать не хочешь…

Ева что-то неслышно пробубнила и тут же затихла.

– Когда же всё это закончится? – Не веря в то, что это и правда может закончиться, восклицала Татьяна. – И тут, как вишенка на торте, ещё одна проблема нарисовалась…!

– Что случилось…? – Придавленная исповедью Татьяны, аккуратно спрашивала Ева.

– Да ничего! – Воскликнула Татьяна и резко затихла. Через несколько секунд послышались лёгкие всхлипы.

Я максимально сосредоточился и сам стал слухом, ведь сейчас Татьяна могла сообщить о том, что её так беспокоит, то, о чём она уже хотела сказать, но так и не успела.

Прослушав ещё некоторое время тихие рыдания, решаю зайти на кухню. Всё-таки, я не какой-то лишний человек, и о всех проблемах семьи должен знать так же, как и остальные.

Когда отворил дверь, увидел, как Татьяна, уперев локти в стол, хныкала в ладони. Ева сидела ни жива, ни мертва, сверлила взглядом стену.

При моём появлении Татьяна тут же подняла заплаканное лицо и судорожно начала его вытирать.

Видимо, при мне не хотела выглядеть неподобающе. Встала со стула, повернулась ко мне спиной, и начала наливать себе воду. В четыре глотка опорожнила кружку, шмыгнула в последний раз носом и развернулась.

– Ваш отец… – Она остановилась и перевела дыхание. – Умер.

Наверное, в любой другой семье при произнесении этой фразы участники разговора тут же должны бы были расплакаться. Но не в этой.

Я оценил выражение лица Евы. На нём не отражалось абсолютно никакой скорби.

Напротив, кажется, проглядывалось что-то вроде облегчения и в то же время небольшой злобы.

Татьяна напрочь была лишена любых эмоций. Не могла она их выдавать – устала. Устала от вечных проблем и беспросветности.

Заглянув в память своего реципиента, понял, что и он не особо скорбел бы от услышанного.

Но, почему тогда эта новость так расстроила Татьяну и какой реакции она ожидала? Следующая реплика прояснила ситуацию.