Пару штрихов тому назад

 – Свидетели говорят, что он будто бы специально прыгнул под трамвай, хотя думаю, что это будет квалифицировано как несчастный случай.

Полицейский продолжал кашлять.

– Простите, – с трудом произнес он. – Последствия отпуска в Болгарии. Вернулся и никак прийти в себя не могу, а тут еще такое.

– Теперь понятно, почему Александр не пришел вчера на встречу, – сказал Иварс. – Я прождал его почти полтора часа, звонил, но все безрезультатно.

– А во сколько вы должны были с ним встретиться?

– В час дня в пивном баре на Лачплеша.

 – Иварс невольно начал перебирать в голове возможные версии случившегося.

– Понятно. – Полицейский наконец смог откашляться. – А Александр погиб в двенадцать сорок. Стало быть, все это случилось в тот момент, когда он добирался до вас.

– Все верно. – Иварс был подавлен. – И что нам теперь делать? Александр был нашей единственной надеждой на то, что убийство дочери будет раскрыто и убийца понесет заслуженное наказание, а теперь…

– Ошибаетесь, господин Петерс, – оборвал его полицейский.

 – Следствие продолжается, и веду его я. Так что не делайте поспешных выводов.

Иварс говорил, закрыв глаза и обхватив голову руками:

– Так найдите убийцу! А родным Александра передайте наши с женой глубокие соболезнования.

– Передам, обязательно передам. Всего хорошего, господин Петерс. – Полицейский положил трубку раньше, чем Иварс успел попрощаться.

История становилась все запутаннее. Конечно, Иварс ни на секунду не допускал, что Александр может покончить жизнь самоубийством и броситься под трамвай.

Таким здравомыслящим людям не свойственны суицидальные наклонности. Да и если бы это произошло не по дороге на встречу с Иварсом, то в случайность еще можно было бы поверить. Но столько случайностей за столь короткий промежуток времени происходить не может.

У Иварса кружилась голова. Ему приходили на ум слова, которые Анн обычно говорила ему по телефону, когда они по обыкновению созванивались вечером:

– Не знаю, как там у тебя, а у меня все в полнейшем порядке, папа!

Казалось, все это было так недавно – и вот по телефону человек, которого Иварс видел всего три раза в жизни, сообщает ему о гибели человека, который должен был распутать клубок всех трагических случайностей.

Если Иварс был подавлен, то Айта выглядела шокированной. От ее невозмутимости не осталось и следа, как будто никогда она и не была улыбчива и отчасти даже самоуверенна.

XIII

Иварс снова был в той квартире один.