Пару штрихов тому назад

Иварс не почувствовал, как чьи-то руки ощупывали его шею, проверяли пульс, только слышал:

– В слимницу его, и как можно быстрее, это сердце, – сказал кто-то, почти скомандовал, и что-то кольнуло в левой руке.

Боль отступала, надвигался сон. Тело стало ватным, практически невесомым. Теперь Иварс чувствовал прикосновения рук, но не слышал голосов. Вот тугая манжета затягивается сначала на левой руке, затем на правой. Измеряют давление. Снова кольнуло, скрутило руку. Ставят капельницу. Что-то холодное скользит по груди.

Слушают сердце.

– Анн, это ты? – спросил Иварс, но ответа не последовало.

– Быстрее вводите, пусть отдыхает, – слова прозвенели в ушах, но потом все смокло. Наступила полная тишина. Никто не прикасался, не раздавалось ни слова.

Когда Иварс сумел открыть глаза, то увидел вокруг себя белые стены, такой же белый потолок и цветы на окне, большие алоэ в керамических горшках, застиранные желтые занавески. Где-то вдалеке слышались голоса. Сколько времени прошло с тех пор, как Иварс гулял по набережной, он понять не мог, да и с трудом смог припомнить, что случилось.

Он попытался привстать. Слабость, страшная слабость. Лучше лежать и смотреть в потолок.

Он задремал, проснулся только тогда, когда услышал, как Айта говорит ему:

– Береги себя, отдыхай, я приду к тебе завтра. – Ее голос звучал совсем близко.

Иварс открыл глаза, повернул голову, но увидел только, как закрывается дверь в палату. У соседней стены, выкрашенной в желтый цвет, стояли еще две койки. На одной из них лежал мужчина в синем спортивном костюме и читал книгу.

Снова стало тихо, и снова, подчиняясь какому-то внутреннему инстинкту самосохранения, Иварс задремал.

Ему снился огромный яблоневый сад, по которому он идет куда глаза глядят. На ветках, чуть наклонившихся к земле, висели маленькие зеленые яблоки. Он шел, раздвигая руками ветви и отгоняя от себя шмелей, сновавших взад и вперед. Позади него шла Анна. Он оглядывался, а она смеялась и кричала ему:

– Не останавливайся, папа, а то так мы никогда никуда не придем!

Куда мы должны прийти? Иварс хотел спросить об этом, но не смог произнести ни слова, все так же покорно продолжая двигаться в неизвестном направлении.

Они вышли к широкой канаве и попытались ее перешагнуть: сделать этого не удалось. Иварс присмотрелся. То, что показалось ему канавой, было небольшой речкой. На дне ее сновали щурята. На поверхности с бешеной скоростью перемещались водомерки.

– Куда нам дальше, Анн? – наконец спросил Иварс.