Резервация

– Что ты имеешь в виду… не были мертвыми? – наконец поинтересовался Антон. – Они лежали в гробах… живые?

Гай не ответил. Конечно, он думал об этом. Дети, накачанные наркотой, в ящиках для транспортировки. Партия свежих органов – целое состояние на черном рынке. А может быть и вовсе новые секс рабы для Вавилонов. Он думал об этом целую жизнь. Что тогда не помог им. Испугался каких-то детских выдумок – они испугались. И никому не сказали. Так и оставили этих детей там – в подвале горкома.

– Когда мы увидели, что в ящиках, – сказал Гай, – мы испугались.

Нас было двое, со мной был еще один – обрезок, Вил Ливни. И он сказал – надо что-то отсюда забрать. Какой-то трофей. Чтобы нам поверили. Там была вода, по щиколотку. И я на что-то наступил. Пошарил рукой и достал эту зажигалку. И тогда я ему сказал – все, пошли. Погнали отсюда, Вил, к ебаной матери! А он навел свет фонаря на вскрытый гроб и… тот ребенок, что там был. Он открыл глаза. Уцепился рукой за край гроба и мы пересрали. Мы пересрали, напарник. Убежали оттуда, оставив этих детей там. Когда им нужна была помощь…

– Вы никому не сказали?

– Нет. Не хотели, чтобы над нами смеялись. Ожившие мертвецы… блядь, какая чушь!

– Вы были пацанами, – сказал Антон. – Пересрать было не сложно.

– Вряд ли это принесет мне успокоение, – усмехнулся Гай. – Я никому про это не рассказывал, – добавил он уже серьезно.

– Я понимаю, – кивнул Антон. – Все это останется здесь. Между нами.

В темном прокуренном салоне на задворках гетто, – подумалось ему.

 – Все, что уже успело произойти и что еще произойдет. Все это останется здесь.

– Ладно, – сказал Гай. Он поерзал в кресле, устраиваясь поудобнее. – Постарайся поспать. Я разбужу тебя через три часа.

– Не думаю, что усну…

Гай только хмыкнул в ответ. Твои дела, напарник. У тебя есть три часа, делай с ними что хочешь.

– Тебе никогда не хотелось вернуться туда? – спросил Антон.

– Нет.

Антон закрыл глаза и вздрогнул – его утаскивало в глубины сна. Он увидел темную воду и плавающие в ней деревянные гробы.

И там было что-то еще. То, что являлось ему раньше – в белой обжигающей пустоте. Монстр. Чудовище, которых так боялся Гай. С этими жесткими длинными руками, словно свитыми из стальных нитей.

Он открыл глаза.

– Я вряд ли смогу уснуть, – повторил он.

И в следующий миг уже крепко спал.

Ему снилось, что он дома. В Голдтауне. Лежит в кровати и слышит, как на кухне шипит на сковороде сочный стейк на кости.