Волшебство не вызывает привыкания. Книга 4

Нас проводили до костяного трапа и пожелали самого недостающего – удачи.

Поначалу мы ступали осторожно, как по минному полю, но постепенно осмелели. В конце концов меня одолело любопытство, и я принялся прыгать на месте, вызвав недоумённые взгляды наших спутников в чёрном. Ну а как ещё проверить прочность конструкции? Синголло не соврал – настил палубы оказался ничуть не хуже деревянного, только шагать по нему было несколько… непривычно. Вдобавок звук выходил такой, будто по тонкой керамике идёшь.

Сам корпус представлял из себя сросшуюся грудную клетку какого-то исполинского чудища, уж явно побольше наших китов.

Громадные рёбра сходились впереди острым клином, выполнявшим роль киля. Почти как у летучих птиц. Палуба же состояла из множества более мелких косточек, формирующих собой жутковатую мозаику. Я нечто подобное видел лишь раз – в передаче про самые безумные постройки, среди которых особо выделялась чешская церковь из костей. Кто хоть раз видел подобное, уже никогда не забудет. Но там их скреплял меж собой известняковый раствор и проволока, а здесь они буквально прикипели друг другу в местах соприкосновений, образовав соединительную костную ткань, как бывает на месте перелома.

Мачты представляли собой два гигантских бивня, к которым приладили более мелкие экземпляры крест-накрест в качестве рей. Весь монтаж осуществлялся всё тем же методом «костной сварки», так что выглядело это всё будто оживший кошмар. Хотя эстетическая сторона меня волновала меньше всего, лишь бы этот костяк не развалился до прибытия в порт.

А вот паруса оказались из вполне обычного на вид полотнища, просто чёрного цвета. Крепились они при помощи классической вантовой сети, только здешние канаты были сплетены из чьих-то жил вместо привычного волокна. Ну да ладно, будем считать, что создатель этой посудины излишне увлёкся экологичностью и натуральными материалами. В носовой части судна располагалась странная конструкция, отдалённо напоминавшая баллисту, опять же почти целиком из костей.

Я на эту ручную поделку даже внимания особого не обратил.

Удивляло только то, что владельцем этого плавучего супового набора являлся эльф, чей народ традиционно дружит с природой, а не разоряет могилы.

– Это точно твой сородич? – уточнил я у Талии тихонько.

– Да, определённо, – кивнула она. – Просто он не из моего мира. Скорее всего, тоже изгой.

– Ты права, падшая сестрица, – кивнул тот, всё равно нас услышав. – У нашего народа некроманты не в почёте.