Волшебство не вызывает привыкания. Книга 4

С нашей стороны на буксире по-прежнему тащилась огромная морская черепаха, выполнявшая роль живого якоря. Прикончить её за пару минут я не мог при всём желании, а вот отцепить от корабля – вполне.

– Не скучайте!

С этими словами я свернул топор обратно в компактный брусок и перемахнул через частично разбитое ограждение. Но до воды не долетел, ухватившись в полёте за один из натянутых тросов, сплетённых из толстых бурых волокон. Тот даже не провис под моим весом, а в нос ударил терпкий запах водорослей. Вот, значит, из чего их делали, а их прочность неудивительна.

По ним недавно взбирались здоровенные змеелюди, куда тяжелее человека.

Перепад высоты вышел приличный, и меня сразу же потянуло вниз и вперёд, прямо к блоку, установленному меж двух крупных шипов на панцире. Правда, съехал я на мифриловой болванке в качестве блока, иначе ладони стёрлись бы до мяса. А под конец и вовсе отпустил руки, влетев вперёд ногами в грудь одному из суетящихся возле орудия стрелков. Худощавый ящер от удара сложился пополам и улетел на другой край панциря.

Туда же отправился его напарник, который решил меня проткнуть кривым каменным кинжалом. Ему хватило одного лишь удара болванкой промеж выпученных глаз.

Вообще рептилии, которых система окрестила скинками, оказались на удивление хилыми. Спасала их только скорость, да только в такой тесноте далеко не убежишь. Даже я на их фоне казался настоящей машиной смерти. За какую-то минуту мне удалось учинить тотальный геноцид на отдельно взятом панцире, отделавшись лишь парой новых дырок в собственной шкуре.

Последние выжившие предпочли слинять, сиганув в море. Теперь понятно, почему они не пошли на абордаж – их бы там просто затоптали в суете, даже не заметив.

Следом под раздачу попали стационарные стреломёты, держащие костяной корабль на привязи. И когда дело уже подходило к логическому концу, мной заинтересовались всерьёз. До этого я особо не воспринимал морское животное как источник угрозы, а зря. Потому что внезапно из воды вынырнула длинная шея, увенчанная сравнительно небольшой головой с острым клиновидным клювом.

И судя по наклону, шла она прямиком из-под панциря, на котором я стоял. Голова смерила меня недобрым взглядом, после чего стремительно рванула в мою сторону, выставив перед собой клюв.

Да вы все издеваетесь!

Из победителя я моментально оказался в роли червя, которого хочет заклевать голодная курица. Пришлось прыгать в сторону и прятаться за шипами. И так раз за разом, приближаясь к кромке воды.