Нежный Серый

Скорее всего, на этот счет имеется какая-нибудь примета, наподобие: «Не бери в дорогу новый чемодан, бери старый и обшарпанный. Только тогда доберешься благополучно». Как-то так.

Чемодан выглядел дорого, элегантный, с эмблемой известного дизайнера на клетчатом боку. Вот воры и позарились на него. Если бы мне не было так жалко себя, я бы пожалела их, потому как заглянув в кожаные недра добычи, они сильно расстроются. Может, даже разочаруются в людях. Кроме компа да тощего конвертика с наличными, им поживиться будет нечем.

До конца пути просидела, бездумно таращась в стену купе. Покачивалась туда-сюда и жалела себя. Разве так должна начинаться самостоятельная взрослая жизнь? Нет, не так. Это у меня всегда все только так и никак иначе. Везучая я.

Выйдя на перрон: руки в карманах, без сумок и прочих мешающих и ненужных вещей, – глубоко вдохнула воздух большого города и постаралась внимательно оглядеться. За остаток пути я все-таки придумала, на свой взгляд, неплохую схему действий.

Моя цель – академия, там я и узнаю про общежитие, и позвонить смогу, и кое-какие документы восстановлю. Проехаться до нужного места можно и зайцем.

Пока стояла на месте и, вытянувшись на носках, высматривала нужное мне направление, люди огибали меня разношерстным потоком, задевали и подталкивали. Мда, со спокойным и уютненьким вокзалом в провинции общего мало.

Люди, как на конвейере, двигались быстро и слаженно, малейшее промедление с твоей стороны – и становишься помехой.

А их надобно устранять: помехи мешают общему продвижению. Что совершенно не удивительно, мешающим элементом стала я. Не была готова к такому стремительному началу. Вернее, продолжению, которое оказалось под стать началу.

– Чего стоишь, как столб, – пробасил кто-то над ухом, – двигайся с дороги давай!

Не очень вежливо меня толкнули. Пролетев два шага, врезалась в чью-то сиреневую спину.

– Ей! Ты «цензура»! – произнесла спина, разворачиваясь.

Я, как неуклюжий щенок увертывалась, от чужих тел.

Вот была бы повыше, растолкала бы всех и нашла нужное мне направление. Увидела бы что-нибудь, кроме возвышающихся вокруг спин.

Сиреневая куртка оказалась спереди синей. Человек оглянулся и на ходу бросил:

– Понаехали!

Конечно, понаехали, это же вокзал!

Мне больно наступили на левую пятку, скорее всего оторвав подошву от стареньких, но любимых мокасин. В это же время под правую коленку ткнули какой-то палкой.