Вместо тени

Сейчас эти знания хранят за семью печатями – в закрытой библиотеке резиденции Владыки. Читать их может только обученная Видящая. Обучение Хои еще не закончилось, но к текстам ее уже допустили. К теории. Практика все еще под строжайшим запретом. Да и тексты… Хоя подозревала, что это лишь малые крупицы, наиболее безобидные, из хранящихся в резиденции манускриптов.

Поначалу было тяжело. Действительно тяжело. Помнится, из-за высоты стула ноги малышки Хои до пола не доставали, и она непроизвольно начинала болтать ими взад-вперед.

Это заметил учитель – какие у него стали глаза! Удивленные, большие, в отличие от своего обычного, полузакрытого под тяжелыми веками, состояния. Он не сказал ни слова. Учитель Одисс немой. Но по тишине, ставшей вдруг неуютной, по направлению того самого, полного ужаса взгляда Хоя поняла – болтать ногами не стоит.

Надзор за собственными конечностями отвлекал от чтения и требовал дополнительного усилия. Непонятно как, но неосознанное движение ногами в воздухе упрощало учебу.

Бесконечные часы за чтением, казалось, протекали быстрее. День за днем, из года в год. Двадцать лет – немалый срок, даже для альвов.

Время для новой Видящей будто застыло с того дня, как она утром проснулась в незнакомой комнате. Дисциплина, самоконтроль, преданность делу – особенно важные качества для Видящей. Что огорчает учителя – именно их Хое катастрофически не достает.

Библиотека и сотни древних манускриптов представлялись ей бушующим морем, могучим и равнодушным к одиноким судьбам.

Волны мертвого языка, буквы, слова, информация накрывали Хою с головой, не давая вдохнуть воздух. Иногда ощущала, что задыхается и тонет. А может, уже лежит на дне океана, отрезанная толщей книг от живого мира и солнца.

Повзрослев, Хоя больше не качала ногами. Сидела, скрестив их на широком сиденье стула, ибо со стула до пола они толком так и не достают.

Мебель в библиотеке под стать книгам – старинная и тяжеленная. Самой ее Хое ни на дюйм с места не сдвинуть.

Садиться, точнее, – забираться на стул, а также слезать с него старается, когда поблизости никого. Ибо смотрится этот процесс совсем не солидно.

Полное имя вполне традиционное, в меру длинное, как и положено. Волосы – до поясницы, лицом – чистокровная альва, уши – заострены кверху, характерный признак их расы. Но ростом… В кого она такая?

Давно, в прошлой жизни, все звали «крошкой Хоей». Тогда прозвище не нравилось.