Вместо тени

Хоя и сама понимала, что да, не нужно, чтобы ее видели с ним. Но из уст темного эта фраза прозвучала по-другому. Настораживающе.

Куда безопаснее попасться на глаза страже и закончить ночную незапланированную беседу. Ну получит она страшный нагоняй и выговор, разочарует Владыку, так ведь все равно – с темным идти куда страшнее!

Он тащил вперед так, что Хоя еле поспевала следом. На руке наверняка синяки останутся. Темно-лиловые, от жестких пальцев.

Да как он смеет?! С ней, с Видящей, так обращаться?!

Возмущение Хои припозднилось.

– Куда! Там комнаты слуг, – дернула рукой, за которую ее тащили.

Темный оказался на шаг впереди и повернулся так, что Хоя, наконец, увидела его лицо. В тусклом лунном свете из окна оно словно сливалось с мраком вокруг. Впалые щеки, скулы кажутся из-за густых теней еще резче. Прямой взгляд карих глаз, в темноте кроваво-красные блики почти пропали.

– Там могут ходить по коридорам, и комнат свободных нет, – пояснила Хоя, в который раз поражаясь и ужасаясь своему поведению и словам. Что она только что сказала?! Ей интересно его рассматривать? При свете солнца и в темноте сравнивать оттенок глаз?

Бежать надо, бежать! А не показывать, где место спокойнее, где не помешают.

Ноги понесли по лестнице вниз, в подземный переход, на нижние этажи библиотеки. Там редко кто ходит. Точно не увидят и не найдут.

Темный альв держит крепко.

О Священный Лес! Никто не найдет, не услышит крика, не спасет. Что же она творит?

Колени подогнулись, и Хоя прошлась плечом по неровной каменной кладке стены, царапая кожу даже через плотную ткань рубашки.

– Вижу тебя второй раз, и второй раз ты пускаешь себе кровь. Лишняя есть?

– Нет лишней, – поспешный ответ и голос похож на мышиный писк.

Оперлась плечом о холодный камень и осталась так стоять. Ноги отказались нести дальше. Это и хорошо, далеко не успели зайти.

Темный остановился напротив. По ощущению. Подземный ход не освещался, ни зги не видно. Хоя лишь слышала еле уловимый запах и чувствовала тепло чужого тела. От темного пышело жаром, как от живого огня. Камень, на который опиралась спиной, наоборот, холодил.

– Итак, после смерти Проклятой Келиды впервые за почти тысячелетие рождается новая ведунья, и светлые посчитали, что эта новость недостойна огласки. Почему тебя прячут?

– Меня прячут? – удивилась Хоя.