Генезис

Наверное, разбился о резину капюшона или сдох от страха пока летел! Я потрясенно поднял голову и далеко наверху увидел небольшое светлое пятно! Не может быть! Быстро вытряхиваю бездыханную тушку на пол и снова застегиваю скафандр, одеваю резиновые перчатки и лихорадочно вожу ожившим фонарем вокруг в надежде увидеть что-нибудь напоминающее техническую лестницу. Вот оно! Из стены напротив меня, торчат ржавые скобы, ведущие наверх. Я бросаюсь к ним. Стоп! Прихвачу-ка я с собой тушку этого грызуна, он вроде крупный, может быть еще пригодится, неизвестно где я окажусь, выбравшись на поверхность, есть то все равно хочется.

IXIIV

И привели звери лесные его к бездне, и канул Кузурлинг в бездну, и почил он в бездне, но возродился он из неи, и был ввергнут в юдоль мира скорбного снова по воле всевысокого. И испытал он робость и отчаяние, но обрел он с Ним святость!

И возопил тогда Святой Кузурлинг: «Прииди о величайший, Прииди о всеобъемлющий, Прииди и избави народ мой от страшных страданий, сохрани Его от невзгод смертоносных, И прийми его в длани свои, Объемли и исцели все недуги! Дай познание Мира! И да станет народ мой Твоим! И да сбудется все предначертанное Тобой, о Высочайший!»

Так Святой Кузурлинг призывал Бога нашего, дабы стать проком Его и вещать волю Его, и исполнять предначертанное Им!

***

Обессиленный я растянулся на краю шахты, подъем наверх в резиновом костюме химзащиты, и тяжелых ботфортах отнял все мои силы, но неяркий свет заходящего солнца, с лихвой компенсировал все тяготы пути наверх.

Я лежал на настоящей, живой траве, перевернувшись на спину, не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой. Я был на краю дыры в преисподнюю и был невероятно счастлив. Я выбрался из черного бункера – могилы, встретившей меня внизу. Я жив! Надо постараться расстегнуться и освободиться от не гнущейся резиновой брони. Плевать если здесь кто-то увидит меня голым, сейчас мне было все равно, главное найти воду. Тут в моем капюшоне кто-то пискнул и завозился!

– Черт! – от испуга я молниеносно сел и принялся деревянными от усталости пальцами расстегивать костюм химзащиты, стянув его с себя до половины, я вытряхнул из капюшона давешнего грызуна, которого подобрал и собирался вскоре съесть.

Грызун оказалась живым и довольно милым зверьком, виденным мной в далеком прошлом у кого-то из детей, но намного крупнее, вот только название этого зверька я вспомнить не смог.