Магия невозможного

– Интересно, а что на побережье делали?

– «Жматок» собирали у «рыбных».

У меня невольно повело уголок рта. Жматок – это дань на сленге местных рэкетиров. Понятно, почему ее с собой таскали. Если какой владелец рыбного хозяйства решил бы утаить «жматок», это мгновенно было бы разоблачено чувственником-телепатом. Заодно предупреждала об опасности на кого-то не того нарваться. Налоговая полиция у нас на Земле не задумываясь выложила бы миллиард за такого ценного сотрудника.

– И что? Не делились с тобой жматком? – спросил я с долей иронии в голосе.

– Делились, – еще больше помрачнела Дина. – И вообще отстань со своими вопросами. Делай свое дело, зачем сюда пришел.

Я пожал плечами и прекратил расспросы, не без злорадства отметив, что испортил ее настроение. Нефиг мои мысли, вернее чувства, читать.

Удар молотком по золоченой змеиной голове входного звонка прозвучал тихо, но отчетливо, породив приглушенное эхо, неумолкающее целую минуту.

Через пару минут к воротам подошел дежурный студент. С всклокоченными, торчащими, как иглы дикобраза, волосами тип с заспанным лицом. Он свирепо зевал и машинально тер лицо, не зная, как реагировать на наш приход.

– Посетителей ночью не принимаем. Распоряжение деканата, – прорычал он сквозь душераздирающий зев, помахивая на нас руками – то ли делая магические пассы – так, на всякий случай; то ли просто отмахиваясь от нас – мол, и не просите, не впущу.

– Я от профессора Иты Торрин. Позовите Энгера Руфуса. Он должен быть предупрежден о моем визите.

Студент слегка отшатнулся от меня, услышав мои слова.

– Вы шутите? – спросил он, слегка запинаясь, словно от страха.

– Нет. С чего вы решили?

– Профессор Торрин погибла год назад. Во время неудачного опыта. Ее давно похоронили. Я сам видел.

Я похолодел. Что за чертовщина? Вспомнил карие усталые глаза за стеклами очков. Вроде бы не зомби была.

– В любом случае, вы можете позвать Руфуса. Или?..

Парень по ту сторону ворот немного помялся. Но все же пошел исполнять просьбу, звать старосту.

– Ты с зомбачкой дружишь? – спросила моя неугомонная спутница. Такое пропустить мимо ушей она, конечно, не могла.

– Я не дружу с зомбачками, – ответил я резко и строго, как мне показалось. Но обмануть ее, конечно, не смог.

– Ага, так тебе и поверила. Говорят, годовалые зомбачки еще ничего.