Спроси у Ясеня

– Еще вопросы есть?

– Почему вы не посадили этого Золтана раньше, если так много о нем знаете.

– Потому что не всех надо сразу сажать. И не всех можно. К тому же Золтан последние годы работал все время за границей. Ему приписывают только четыре убийства в России. Это – пятое. Но причастность к тем четырем доказать не удалось. Не думай, что все так просто.

– А я и не думаю. Ладно, объясни мне теперь мою роль в операции захвата.

– Пожалуйста, но только вкратце. Подробности – тоже завтра. Ты должен показать ему свое лицо и сделать выстрел из газового пистолета.

Убивать нельзя – требуется только напугать. По нашим расчетам, он будет полностью выбит из колеи появлением перед ним собственноручно уничтоженного три дня назад суперагента Ясеня. По имеющимся у нас неофициальным данным Золтан склонен к мистицизму и панически боится всякой нечисти: вурдалаков, привидений, зомби. А как профессионал, он отлично помнит, что размозжил тебе голову весьма основательно. Поэтому, сам понимаешь, все козыри будут в твоих руках. Ну а подстраховку мы берем на себя.

– Где это будет происходить?

– На его даче, в Завидово.

– Рядом с Ельциным?

– Не совсем. Но Завидово то самое.

– Понятно. Отсюда недалеко.

– Вот именно. Поэтому и завтрашний день мы проведем в здешних краях – на нашей базе под Тверью. Потренируемся. Я бы с удовольствием в твоей деревне остался. Красиво тут. И люди все такие приветливые, лишних вопросов не задают. Но от греха лучше уедем. Кстати, кроме Дарьи Петровны, видел тебя кто-нибудь?

– Никто.

В эти выходные удивительным образом ни один из москвичей не приехал – как сговорились все. А постоянные жители – сам видел сколько их тут – к общению мало предрасположены.

– Это точно. Но утром из дома все-таки не вылезай. Запомни: ты сегодня же, еще с утра, отсюда уехал на "ниссане", а остались мы, твои друзья. Это очень важно, Михаил. Ты понял?

– Понял, но меня как-то больше волнует завтрашняя операция. Что, Татьяна тоже будет участвовать в захвате?

– Нет, но она хочет там быть вместе с нами.

Это ее право.

– Она большой человек в вашей конторе?

– О, да, – сказал Тополь, – высшая категория причастности.

– Не понял. По званию она кто?

– По званию-то она, полковник, с менее серьезным документом просто работать будет тяжело. Но дело не в этом. Ты ведь уже должен понять, Разгонов, что в службе ИКС чины и звания – не главное. У нас другая система ценностей. У нас есть категории причастности.