Фактор кролика

– Какая-какая жилка? – Это вырвалось у меня само.

– То, что вы сказали о моей картине. Не ждала от вас таких слов.

А что я должен был сказать? Что я понятия не имел, откуда у меня взялись эти слова?

– Приятно такое слышать. Особенно потому, что в последнее время мне трудно пишется. Спасибо за поддержку.

– Не за что.

У меня в ушах раздался гул – и это не был гул машин на шоссе поблизости. Лаура наклонилась над столом. Ее плечи поднялись.

– Когда вы приехали, вы сразу перешли к делу. Никакой болтовни.

Вы даже не поздоровались, не спросили, как у меня дела.

– Я никогда никого об этом не спрашиваю, – сказал я и тут же почувствовал, что расслабляюсь. Это была легкая тема: я знал, о чем говорю.

– Ну да, – кивнула Лаура.

– Мне не нужно знать, как дела у других людей. Мне неинтересно, что они думают, что делают, что чувствуют. Мне неинтересны их планы, их надежды и цели. Поэтому я не спрашиваю.

– Ну да, – повторила Лаура.

– За исключением экстремальных ситуаций.

– Ну да.

Я по-прежнему стоял рядом с ней.

Лаура Хеланто улыбалась? Ее реакция удивила меня не меньше своей собственной. Я не собирался делиться с ней своими мыслями; просто это произошло. Меня охватило чувство дискомфорта. Меня больше всего занимали бухгалтерские и финансовые нестыковки. Я видел свою цель в том, чтобы разобраться с ними до конца. А не это… Что именно? Я не знал. Ни точно, ни приблизительно, ни даже в общих чертах. Почему я все еще здесь стою и смотрю в глаза Лауре Хеланто? Я чуть было снова не ляпнул что-то непредвиденное, когда меня спас оглушительный вопль за спиной.

– Эй, Гарри! – крикнул Кристиан с погрузочной площадки, махая руками. – Тут два парня. Пришли с тобой повидаться. Они в твоем кабинете. Говорят, они тебя знают. И знают, где ты сидишь.

Я сделал шаг к Кристиану и повернулся к Лауре.

– Никто не зовет меня Гарри, – сказал я. – Мне не нравится это имя.

– Ну да, – сказала Лаура Хеланто, а затем добавила – Значит, Хенри.

И да, она улыбалась.

9

Первое впечатление: мужчины являлись полной противоположностью друг друга – как небо и земля.

На старшем, моего возраста, была синяя рубашка с воротником, черный пиджак, светлые джинсы и светло-коричневые топ-сайдеры. Как только я вошел в кабинет, он продемонстрировал, что знает, кто я такой. И судя по всему, это было известно ему давно.

– Соболезную, – сказал он. – Твой брат был интересным человеком.

Круглое и рябое лицо, глазки маленькие, голубые.